Симпсоны. Вся правда и немного неправды от старейшего сценариста сериала

К «Пасквилянту» стали относиться по-другому после того, как выпускника по имени Джим Дауни наняли писать первый сезон Saturday Night Live (где он прижился на четыре десятка лет). Джим позвал с собой двоих друзей из «Пасквилянта», те привели своих друзей, и в итоге к концу девяностых десятки «пасквилянтов» заполонили телевидение и кинематограф. Джим Дауни был чем-то вроде смешного нулевого пациента. В Голливуде нас сейчас столько, что нас называют «пасквилянтской мафией» – довольно оскорбительно… для мафии. У них хотя бы есть кодекс чести.

Когда в 2016 году вручали «Эмми», четырьмя из шести номинированных комедийных сериалов руководили выпускники «Пасквилянта» («Вице-президент», «Силиконовая долина», «Мастер на все руки», «Несгибаемая Кимми Шмидт»), а остальные два были ими придуманы. В номинации «Лучший комедийный сценарий» четверо из пяти номинантов, включая победителя, были нашими выпускниками.

Люди из «Пасквилянта» везде – например, в каждом вечернем шоу («Феллон», «Киммел», «Корден», «Колберт», «Ежедневное шоу» и, разумеется, «Конан»). Они составляют до 30 процентов сценаристов всех ключевых комедий недавнего прошлого: «Сайнфелд», Saturday Night Live, «Леттерман» и «Офис». В анимации они работали над «Бургерами Боба», «Футурамой», «Гриффинами» и, разумеется, «Симпсонами». Наша первая авторская группа, нанятая выпускником Стэнфорда Сэмом Саймоном, наполовину состояла из «пасквилянтов». С тех пор над сериалом работало еще около сорока выпускников Гарварда, включая одиннадцать президентов «Пасквилянта».

Но каким образом журнал, основанный в девятнадцатом веке, готовит авторов к карьере на телевидении? Потому что, по чистой случайности, конкуренция за место в «Пасквилянте» устроена точно так же, как на телевидении. От студентов-претендентов требуют написать шесть юмористических публикаций за восемь недель – это учит соблюдать сроки и быть плодовитым (два фундаментальных телевизионных навыка). Как и на ТВ, конкуренция жесточайшая – каждый год свои силы пробуют сто авторов, а проходят – семеро. Наконец, как и на ТВ, процедура абсолютно нечестная – почти никого из претендентов не выбирают с первого раза. Мне потребовалось два захода; Дэйву Мэнделу, превосходному шоураннеру, год от года получающему «Эмми» за «Вице-президента», понадобилось пять. Легендарному комику Элу Фрэнкену журнал вообще отказал – это доказывает, что проще избраться в (и впоследствии вылететь из) американский Сенат, чем быть принятым в «Гарвардский пасквилянт». Чтобы стать частью журнала, вы должны быть уверенным в себе, упорным и немного поехавшим. В точности как телевизионный сценарист.

Когда вас берут в штат, будь то «Пасквилянт» или ситком, вы начинаете делать следующее: просиживать задницу в комнате, набитой весельчаками, и есть дерьмовую еду. В обоих случаях вы целыми днями (и часто ночами) треплетесь, шутите и оттачиваете свое остроумие.

Один из парадоксов заключается в том, что, хотя «пасквилянты» пишут отличные сценарии для телевидения, их издание ужасно. Я никогда не понимал причину, но «Гарвардский пасквилянт» – плохой журнал сегодня; был плохим, пока я был его президентом; был плохим, когда им управлял Роберт Бенчли. Полсотни лет до него он был плохим и расистским. Обо всем этом вы сможете прочитать в моей следующей книге – «Пятьдесят лет смеха: Сто сорок лет «Гарвардского Пасквилянта».