Системная семейная терапия субличностей

трудно проницаемые границы, окружающие семью или этническую группу, залог выживания в случаях, когда нарушение границ может повлечь за собой разрыв сети взаимных социальных обязательств и традиций. В США многие некогда самобытные культуры растворились в потоках массовой культуры и теперь забыты.

Современные средние американцы, в свою очередь, очень мало озабочены вопросами общественного долга и традиций, и их едва ли ограничивает связь с другими людьми. Они часто переезжают и меняют соседей, поэтому должны уметь быстро встраиваться в новую социальную сеть и при этом не слишком привязываться к новым людям эмоционально, поскольку неизвестно, когда и кто снова переедет. Поэтому средние американцы освоили тип дружеских отношений, который позволяет быстро завязывать связи на уровне приятельских, включаясь в сеть взаимоотношений на работе, в школе и т.д.

Такой тип взаимоотношений также в интересах американского капитализма, поскольку в большинстве случаев друзья оказываются потенциальными клиентами или источником контактов. Поскольку каждый может скрыто действовать как продавец, бывает трудно поверить в искренность чьего бы то ни было дружелюбия. И поскольку все продают сами себя, прекрасная внешность и стиль вопросы необычайной важности. Особый упор, который делается на внешнем эффекте, создает благоприятную среду для оценивающих, перфекционистских частей, стремящихся к успеху и известности, так что они постоянно оценивают чужую и собственную внешность. При таком климате едва ли может сформироваться круг друзей, способный дать человеку эмоциональную поддержку.

Изоляция один из побочных продуктов нашей соревновательности. С тех пор как в начале XIX века произошла индустриальная революция, отделившая работу от дома, американцы стали относиться к своим домам как к тихой гавани среди бессердечного мира (Hareven, 1982). Тогда как во многих национальных сообществах дома и кварталы средоточие изрядной доли общения, дом американца среднего класса место для частного уединения, единственное место, где хозяева могут передохнуть и укрыться среди джунглей эгоизма, конкуренции и безнравственности.

С тех пор и по сей день основная роль жены обслуживать это целительное убежище. Предполагается, что она направит все свои таланты домохозяйки на создание свободного от потрясений, напол­ненного любовью и заботой приюта, где ее муж, усталый воин, смо­жет зализать раны и набраться сил перед завтрашней битвой. Хотя державшего женщину взаперти в домашнем замке запрета выходить на работу более не существует, по-прежнему живы другие ожидания, связанные с этим «культом домашнего очага». С высокой вероятно­стью (и, если только семья не обладает довольно высокоразвитыми социальными навыками и инициативой, так оно и бывает) это при­водит к довольно изолированной жизни семьи, несмотря на то, что вокруг много таких же семей среднего класса. И жены в таких семьях, скорее всего, будут избыточно нагружены и одиноки.

ТРЕВОГА

В большинстве своем средним американцам и правда бывает нуж­на тихая гавань, поскольку их мир и правда кажется бессердечным, и им приходится бороться против него в одиночку. Даже в XIX веке сторонние наблюдатели, например, французский писатель Алексис де Токвиль, отчасти объясняли такое положение вещей постоянным стремлением использовать «по полной» все, что может быть исполь­зовано в этой стране широких возможностей:

Я видел самых свободных, наилучшим образом образованных лю­дей, находящихся в обстановке, благоприятнее которой в мире не найдешь; и все же тучи, казалось, навсегда нависли над их голо­вой. Да, в своих удовольствиях они казались очень серьезными и даже грустными, [потому что они] не переставая думали о всех тех прекрасных вещах, которых у них нет (цит. по Bellah et al., 1985, с. 117).

Это очень живое описание беспокойных, жадных субличностей, преобладающих сегодня у многих американцев.

К тому же, в условиях капиталистического свободного рынка было легче, чем когда бы то ни было, потерять все (особенно до окон­чания Великой Депрессии, после которой в стране появилась система социальной защиты). Без надежного круга родных или друзей ошиб­ка оборачивалась катастрофой. Поэтому в США стремление к успеху движется в той же мере страхом, в какой и соображениями прибыли. Никто не знает, когда и как повернется рынок или когда конкурент сделает неожиданный ход, и все будет потеряно. Как заключает Белла (Bellahet al, 1985),

Именно тогда, когда круг на «безусловно принимающих» людей приходится рассчитывать все меньше, человеку приходится брать себя в руки, конкурировать, быть амбициозным, быть в состоянии ответить на быстро изменяющуюся ситуацию и требования, быть в состоянии уехать из дома на учебу и использовать все возможности для профессионального продвижения. Именно в такой обстановке понятие «психического здоровья» стало основной заботой американцев, и появилось множество терапевтических панацей (с. 120).