Системная семейная терапия субличностей

В случае если внешнее окружение клиента серьезно вдиянет на усиление проблемы (и не входит в сферу контроля терапевта), а также в случае если Пожарный уже подверг клиента серьезной опасности и потребуется значительное время на то. чтобы его .деактивировать, терапевту стоит обсудить с клиентом вариант краткосрочной госпитализации Одна из целей, преследуемых при этом. обеспечить безопасную атмосферу, в которой о клиенте позаботятся и он сможет продолжить внутреннюю работу. Другая цель дать клиенту временный отдых, убрать его из поляризованной внешней среды, так чтобы с Изгнанниками можно было продолжить работу, не провоцируя опасных и приводящих всех в неистовство Пожарных. Проблема в том, что большинство психиатрических больниц оказывает совершенно противоположный эффект; в ответ на предъявляемые Пожарными симптомы там пытаются подавить клиента, используют чрезмерные количества препаратов и ставят патологизирующие ярлыки. Такой подход может испугать и парализовать клиента и его семью, и только усилит поляризацию во внешней системе. Далее, особенно если прежде клиента уже насильственно подавляли, субличности клиента будут в ужасе от перспективы снова оказаться в среде, где какие-то люди обладают такой властью. Поэтому также важно обсудить возможные последствия госпитализации. Надо найти учреждение и отделение с максимально комфортными условиями и программой терапии, совместимой с моделью ССТС.

КАК РАСПОЗНАТЬ ТИП ЧАСТИ

Последний риск касается природы самих частей. Мое понимание того, что представляют из себя части, менялось и значительно эволюционировало за годы работы и, несомненно, будет продолжать меняться. Когда я только начинал так работать, я придерживался идей конструктивизма мне казалось, что мы с клиентом занимаемся сотворчеством его внутренних диалогов, а не выявлением того, что на самом деле уже есть. То есть мне казалось, что клиенты реагируют на мои едва заметные подсказки и воображают, что эти части действуют так, как мы с клиентом придумали в ходе обсуждений.

Постепенно мне становилось ясно, что хотя моя манера задавать вопросы и настроение и влияли на систему каким-то образом, эти внутренние личности жили какой-то собственной жизнью и их невозможно было просто придумать. Я начал рассматривать их так, как если бы они были одномерными состояниями психики, каждому из которых полагалась какая-то своя особая роль.

Как я уже упоминал в предыдущих главах, когда я познакомился с частями получше; они научили меня видеть их многогранными так, как будто они люди разного возраста и у каждого есть свои особые способности (даже если они не всегда выступают в таком качества во время первых сеансов «внутреннего взора»). Таким образом, каждая часть оказалась обладательницей целого спектра чувств, потребностей и желаний, каждую можно было соотнести с определенным возрастом, полом и врожденными способностями совсем как у реальных людей.

Естественная множественность психики допущение, которое трудно принять многим терапевтам, это то, к чему я пришел за много лет. Мысль о том, что все мы, по сути, представляем из себя целый набор людей, просто не стыкуется с нашей западной научной традицией. Необязательно рассматривать именно таким образом, чтобы успешно использовать модель в работе; на сегодняшний день многие терапевты работают в этом подходе, имея в виду конструктивистскую модель или модель «психических состояний».

Но при таких моделях существует опасность видеть происходящее более ограниченно, недооценивая и недостаточно чутко реагируя на части. Например, в этой книге я часто описываю или называю субличности одним-двумя словами (например, устремленная к достижениям часть, детская часть, защищающая часть; или Победитель, Малыш/Малышка или Защитник, и т.д.). Рассматривая их как разные состояния психики, я был уверен, что такое описание или прозвище адекватно описывает суть части, поскольку видел их как ограниченный набор ощущений и мыслей, призванный выполнять очень конкретные, ограниченные роли.

Теперь я знаю, что части личности не только защищают или добиваются успеха, тоскуют или злятся, хотя для внутреннего мира они могут выступать только в таких ролях. Например, гневная часть также может быть испуганной, грустной, счастливой или испытывать сексуальное возбуждение. Возможно, субличность выступала в роли Гневной части, чтобы защитить других, или потому что она находится изгнании, но она гораздо больше, чем Гневная часть. Часто это подросток.