Системная семейная терапия субличностей

Некоторым членам семьи достается роль Пожарных, аналогичная роли внутренних частей того же назначения. Они импульсивно и экстремально реагируют на напряжение, существующее внутри семьи. Если напряжение достигает угрожающего уровня, они находят способ либо отвлечь семью, либо парализовать и заглушить встревоженных членов семьи; они отгоняют или не подпускают никого к разгоревшемуся в семье пламени. Отыгрывающий в поведении ребенок может выполнять функцию Пожарного, однако то же самое делают и родители, одержимые идеей контроля ребенка и переводящие разговор на его поведение, как только возникает подозрение, что пугающая эскалация вот-вот начнется. В случае с булимией, синдром клиентки может играть роль Пожарного, фокусируя в одной точке все внимание семьи. Во многих семьях, еще задолго до того, как у клиентки развивалась булимия, использовали пищу как средство отвлечься или что-то сгладить. В этом смысле синдром клиентки является просто расширением репертуара активности Пожарного.

Я не хочу сказать что люди выполняющие роли Пожарных, осознают что они защищают других членов семьи от определенных угрожающих тем. Они могут просто автоматически реагировать на резкие смены настроения в других членах семьи. Эти сдвиги запускают Пожарные субличности внутри людей, которые овладевают ими и защищают их от собственных Изгнанников, одновременно защищая других членов семьи от изгоняемых, запретных тем.

ПОТРЕБНОСТЬ СЕМЬИ В ОТВЛЕКАЮЩЕМ МАНЕВРЕ

Сам вопрос о том, обладают ли симптомы защитными функциями для системы, достаточно сложен; чтобы избежать типичных ошибочных представлений, ниже я хочу обратить особое внимание на эту тему. Краеугольный камень ранних моделей семейной терапии утверждение, что симптомы являются отвлекающими маневрами семьи. Далее это функционалистское предположение было критически пересмотрено, и в настоящий момент в семейной терапии непопулярно

(Nichols, Schwartz, 1994). Я уверен, что в первоначальном понимании этого утверждения содержалось нечто повлиявшее и на нынешнюю обратную реакцию. Вот эти критикуемые положения; (1) Симптомы или проблемы всегда исполняют в семейной системе защитную функцию; (2) Семейная функция, которую они обслуживают, является первичной причиной существования симптома и должны быть в фокусе терапии в первую очередь; (3) члены семьи нуждаются в проблемах или симптомах, чтобы быть отвлеченными от неразрешимого.

В результате принявшие эти утверждения терапевты были обречены на поиски предполагаемой семейной функции симптомов, даже если ее не было. Терапевты игнорировали другие стороны внешнего и внутреннего мира клиентов, потому что были слишком сосредоточены на функции симптома. Они не верили в перемены в семье, если только (теоретически) это были не те перемены, при которых в симптоме уже не было бы необходимости. К тому же выходило так, что родители чувствовали себя ответственными за симптомы детей, так, как будто предпочитали видеть страдания своих детей, а не обсуждать собственные проблемы.

Модель ССТС, напротив, исходит из того, что хотя некоторые проблемы исполняют в семье функцию «Пожарных», многие к ним все же не относятся. Предполагать заранее, что такую роль должен выполнять в семье человек или проблема противоречило бы духу ССТС, в соответствии с которым терапевт и семья или клиент изучают ограничения вместе и непредвзято. Даже в случае, если кажется, что проблема действительно находится в отвлекающей роли, терапевт ССТС не предполагает, что эта роль является наиболее сильным и важным ограничением и, следовательно, он не должен уделять внимание только ей. Вместо этого терапевт и клиент или семья могут себе позволить фокусироваться на множестве других возможных ограничений и сам этот процесс может привести к достаточному количеству изменений, таких, что человек будет в состоянии отказаться от роли Пожарного, причем так, что это даже не придется обсуждать отдельно.