Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе

– Вы предпочитаете получасовые фильмы полуторачасовым?

Ник Парк: Мне было интересно поработать с большой студией, и я рад, что мне довелось сотрудничать с DreamWorks Animation. Полезный опыт: учишься защищать свои идеи, свое видение, свой стиль. Все время сражаешься за свои права. Я никак не мог отказаться от контроля за всем творческим процессом, а в него вовлечено так много людей! Я был буквально истощен. Хотя Джеффри Катценберг был очень мил со мной, очень любезен – мне не в чем его упрекнуть. Но по сравнению с ним мои продюсеры из BBC, для которых я делал «Дело о смертельной выпечке»… Работать с ними было настолько комфортнее! Ведь за все время съемок они задали мне единственный вопрос.

– Какой?

Ник Парк: Я принес им раскадровки, и они показали пальцем на один кадр: Громит в наморднике моет посуду. Они спросили: «Не будет ли это слишком уж похоже на Ганнибала Лектера?» Я их успокоил: «Нет, не будет». Больше вопросов они не задавали. (Смеется.)

– Уоллеса и Громита считают воплощением британского характера. Вы согласны?

Ник Парк: Мне говорили, что иностранцы видят моих героев именно в таком качестве, но мне трудно судить об этом – ведь я сам типичный британец, как и все мои создания, и увидеть себя со стороны я не способен. Я впитал это с молоком матери… Я – огромный поклонник Хичкока и «Монти Пайтон», люблю британские мультфильмы. Что тут поделать? Самоанализ мне не присущ. Я делал мультфильмы для себя и не ждал международного успеха. Он пришел сам. Но со временем я осознал, что пластилин – идеальный материал, чтобы изобразить британский характер. Во всяком случае, тот пластилин, с которым работаю я. Взять хотя бы движения бровей и выражение глаз: иногда по ним можно узнать об англичанине больше, чем по его словам. Более того – слова могут противоречить взгляду. Но глаза никогда не врут. Все британцы – прирожденные интроверты.

– Готовите новые проекты с Уоллесом и Громитом?

Ник Парк: Мы начали проект сериала для BBC – это будут анимационные вставки в научно-популярные передачи. Еще Aardman Animation готовит какой-то проект для галереи «Тэйт». Питер Лорд, мой соавтор по «Побегу из курятника», начинает снимать пластилиновый полный метр «Пираты», но я в этом не участвую… У меня хватает других идей. Одна из них связана с полнометражным кукольным фильмом – не об Уоллесе и Громите! – и, возможно, приступлю к работе вместе со студией Sony в следующем году.

– Существуют в мире аниматоры, которых вы особенно сильно уважаете и любите?

Ник Парк: Я знаком с работами Яна Шванкмайера, глубоко его уважаю, но никогда не встречался лично. Однажды мне довелось встретиться с Юрием Норштейном – и могу вам сказать, что его «Сказка сказок» – один из самых любимых моих фильмов и один из самых прекрасных в истории кино. У меня дома есть его запись, с которой я не расстаюсь. Еще я знаком с Гарри Бардиным, тоже замечательный режиссер. За океаном есть еще Джон Лассетер и Хаяо Миядзаки, с которыми я поддерживаю дружеские отношения.

Доми Ши. Тотем

Знаю, что мультфильм «Я краснею» останется для меня одним из самых запоминающихся кинособытий 2022 года. Не только потому, что это отличная анимация гениальных Pixar, сделанная на уровне лучших работ студии. «Я краснею» должен был выйти в прокат 2 марта, пресс-показ назначили на 28 февраля. Мы с семьей успели посмотреть фильм именно тем вечером; прокат был отменен – Disney вслед за Warner Bros ушел с российского рынка. Таким образом, это была последняя голливудская новинка, показанная на большом экране в Москве 2022-го.

Разумеется, все мысли были о другом. Ну какой мультфильм о школьнице из Торонто, которая с наступлением пубертата превращается в красную панду, если за окном война? Чувство дикой неуместности не покидало ни во время просмотра, ни после. И становилось лишь сильнее от того, насколько изобретательно и талантливо было само зрелище. Уродливость реальности никак не клеилась с безупречностью вымысла, принадлежащего иному – свободному и счастливому миру.