Читаем Скифы: исчезнувшие владыки степей полностью

Для еды и питья скифы пользовались глиняной и деревянной посудой. Находимые при раскопках курганов сосуды из драгоценных металлов, бронзы, либо обитые золотом деревянные являлись посудой ритуальной. Таковы многочисленные известные нам кубки, чаши, металлические рога-ритоны.

Важную роль в ритуале играли и большие бронзовые котлы. Их, как мы знаем из рассказов Геродота, посвящали богам, в них варили жертвенное мясо — и оставляли их в богатых захоронениях.

Основным оружием скифского воина и охотника оставался лук. Скифские луки с загнутыми концами неоднократно упоминаются в источниках. Скифы отличались меткостью и дальностью стрельбы, причём сражались обычно верхом. В стрельбе из лука скифы считались непревзойдёнными. В отличие от греков скифы с легкостью использовали обе руки как для натягивания тетивы, так и для прилаживания стрел.


Скифские наконечники стрел


Луки были сложносоставными, их собирали из деревянных, роговых и костяных деталей, используя для тетивы сухожилия животных. Деревянные или костяные пластины обматывали и скрепляли полосой древесной коры. Лук был вогнут посередине, оконечности его могли венчаться фигурными головками. В длину лук мог достигать метра, хотя удобнее для верховой стрельбы были шире всего распространённые луки по 60–70 см. Такой же длины были и стрелы — деревянные или деревянно-тростниковые с металлическим или реже костяным наконечником, с выемкой для тетивы. Железные наконечники какое-то время соперничали с бронзовыми. Но в конце концов изделия литейщиков оказались предпочтительны — ввиду скорости изготовления больших заказов. Скифский воин носил с собой (если был при одном колчане) от 50 до 200 стрел.

Наконечники стрел пропитывались ядом. Для получения одного из ядов убивали новорожденных детёнышей ехидны, а небольшое количество человеческой крови в горшочке зарывали в навоз. Через несколько дней скифы перемешивали оставшийся от ехидн гной с водянистым настоем на крови. Полученная отрава считалась смертельной. Другие яды приготавливались из растений, отличаясь различным действием. Одни убивали сразу, иные — через некоторое время, вызвав истощение организма.

Собственно говоря, скифы чаще использовали для своих стрел не простые кожаные колчаны, а гориты — специальные футляры для лука. Такой футляр с застегивающимся карманом для стрел делался из дерева или коры, иногда укреплялся железными стержнями, обивался кожей. У знатнейших скифов гориты могли покрываться ещё и золотыми пластинами. В VII–VI вв. до н. э. лук в горите закрывали своеобразной крышкой, увенчанной изображением орлиной головы. Однако в V–IV вв., судя и по скульптурам, и по другим изображениям скифов, верхушка лука обычно оставалась открытой, выступая из горита.

С VI в. до н. э. скифские воины всё чаще начинают прибегать к копью. Тогда же на вооружении у скифов появились дротики. Поскольку здесь проблема массовых заказов не стояла, для этого оружия скифы использовали дешёвые и прочные железные наконечники. Копья использовались в ближнем бою против щитов и доспехов. Иногда, подобно дротикам, они могли применяться и как метательное оружие.


Акинак — оружие знати


Скифский меч, акинак, впервые появляется в VII в. до н. э., в пору переднеазиатских походов. Очевидно, именно в них выработалась форма этого удобного для конного боя оружия. Скифские мечи коротки — в основном не более 70 см, редко до метра. Использовались они в основном как колющее оружие, но могли служить и рубящим. Скифы использовали их как в конном, так и в пешем бою. В VII–V вв. акинак был в основном оружием знати. Как уже говорилось, меч в известном смысле обожествлялся, считаясь вместилищем бога войны, «скифского Ареса». Носили мечи в деревянных ножнах, с помощью специального ремня крепившихся к поясу. У высшей знати ножны, как и гориты, нередко украшались драгоценным металлом. Наряду с мечами распространены и являвшиеся их миниатюрными (30–40 см) копиями кинжалы.

Геродот упоминает среди скифского оружия также двустороннюю секиру. Однако находки секир в степных областях редки. Они изготавливались в основном обитателями лесостепи, — особенно левобережными меланхленами, — в своих землях для себя и соседей. Тем не менее скифы всё-таки использовали небольшие секиры и клевцы, известные им на Кавказе ещё с VII в. до н. э. К IV в. до н. э. рукоять топора становится существенно длиннее, и его начинают использовать в основном в пешем бою.

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны Земли Русской

Зелье для государя. Английский шпионаж в России XVI столетия
Зелье для государя. Английский шпионаж в России XVI столетия

Европу XVI столетия с полным основанием можно было бы назвать «ярмаркой шпионажа». Тайные агенты наводнили дворы Италии, Испании, Германии, Франции, Нидерландов и Англии. Правители государств, дипломаты и частные лица даже не скрывали источников своей информации в официальной и личной переписке. В 1550-х гг. при дворе французского короля ходили слухи, что «каждая страна имеет свою сеть осведомителей за границей, кроме Англии». Однако в действительности англичане не отставали от своих соседей, а к концу XVI в. уже лидировали в искусстве шпионажа. Тайные агенты Лондона действовали во всех странах Западной Европы. За Россией Лондон следил особенно внимательно…О британской сети осведомителей в России XVI в., о дипломатической войне Лондона и Москвы, о тайнах британской торговли и лекарского дела рассказывает книга историка Л. Таймасовой.

Людмила Юлиановна Таймасова

История / Образование и наука
Индоевропейцы Евразии и славяне
Индоевропейцы Евразии и славяне

Сила славян, стойкость и мощь их языка, глубина культуры и срединное положение на континенте проистекают из восприятия славянством большинства крупнейших культурно-этических явлений, происходивших в Евразии в течение V тыс. до н. э. — II тыс. н. э. Славяне восприняли и поглотили не только множество переселений индоевропейских кочевников, шедших в Европу из степей Средней Азии, Южной Сибири, Урала, из низовьев Волги, Дона, Днепра. Славяне явились непосредственными преемниками великих археологических культур оседлого индоевропейского населения центра и востока Европы, в том числе на землях исторической Руси. Видимая податливость и уступчивость славян, их терпимость к иным культурам и народам есть плод тысячелетий, беспрестанной череды столкновений и побед славян над вторгавшимися в их среду завоевателями. Врождённая широта и певучесть славянской природы, её бесшабашность и подчас не знающая границ удаль — это также результат осознания славянами громадности своих земель, неисчерпаемости и неохватности богатств.

Алексей Викторович Гудзь-Марков

История / Образование и наука

Похожие книги

100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии