Скифы: исчезнувшие владыки степей

Лонхат, явившись к Левканору, хитростью добился его доверия и, уединившись в храме якобы для клятвы, отрубил царю голову. Боспорцы узнали о происшедшем, когда Лонхат был уже далеко. Макент, узнав об успехе Лонхата в пути, прибыл ко двору Адирмаха как посол от братьев боспорской царицы Мастиры, аланов. Он утверждал, что боспорцы призывают Адирмаха на царство, и всё, что для этого нужно — отправить вперёд себя дочь Левканора. Адирмах сам попросил Макента сопровождать свою непорочную ещё невесту на Боспор. Макент вместо этого примчал, загнав коня, Мазею в Скифию и вручил её побратиму.

Но над скифами собиралась гроза. На престол Боспора вступил Эвбиот — незаконнорожденный брат Левканора, живший до того у савроматов. Он двинулся против скифов, собрав не только «всенародное ополчение» боспорских греков, но и 40 000 войска аланов и савроматов. К нему присоединился и Адирмах со своими махлиями. В итоге собралось 90 000 войска, треть которого составляли конные стрелки. Скифов было менее 30 000, и лишь около 5000 всадников. В сражении скифы с самого начала терпели поражение — половину аланы обратили в бегство, другую аланы и махлии окружили. В бою на самых опасных участках были тяжело ранены Лонхат и Макент. Но Арсаком бросился на помощь побратимам, в одиночку разогнал окруживших их махлиев и сплотил остатки скифов вокруг себя. Затем он прорубился к самому Адирмаху и сразил его. Гибель царя обратила в бегство махлиев. Их примеру последовали аланы и савроматы, а последними — эллины. После этого Боспор запросил мира. Эвбиот согласился платить дань в двойном размере. Махлии выдали скифам заложников, а аланы согласились во искупление вражды покорить для скифов отложившихся синдов.

Сам Лукиан устами собеседника Токсарида, грека Мнесиппа, замечает, что всё это «похоже на миф». Перед нами, несомненно, обобщённо-эпическое преломление подлинных событий. Многие детали быта — как, скажем, и упоминания лазов, махлиев, аланов, — принадлежат скорее первым векам нашей эры. Однако общая картина кризиса Великой Скифии — бесконечные войны на восточных её рубежах, распад связей с Боспором, отчаянная борьба с сарматскими завоевателями — нарисована верно. Скифский эпос лишь оптимистичнее печальной реальности. На самом деле частные победы не могли остановить натиска неприятеля. Союз с Боспором распался, племена Тамани подчинились боспорцам или сарматам, а скифы теряли пядь за пядью своей земли, отступая на запад.

Лев. Нашивная бляшка. Боспорское царство

Однако и опасность с запада была велика. Именно оттуда, по всей видимости, в последние десятилетия III в. до н. э. был нанесён удар, подорвавший силы скифов и ставший прологом к гибели Второго царства. Толчком к нему послужили события в глубинах Центральной Европы. Усилившееся давление со стороны галлов стронуло с мест часть германцев долины Одера и смешавшихся с ними «поморцев». Волна разрушительного нашествия, движущей силой которого были германские племена бастарнов и скиров, покатилась на восток. Так впервые германцы вышли на поле «большой истории» и стали известны античному миру. Но в движении на восток и юго-восток принимали участие не только они. Те же галлы из Закарпатья, перемешавшись с германскими завоевателями, устремляются к черноморскому побережью. По пути они срывают с мест и заставляют искать новых земель гетов. На севере, в лесной и лесостепной зоне, в перемещениях скиров и бастарнов оказались задействованы различные балтославянские племена — в том числе прямые предки славян.

Мы мало знаем о том, что происходило в глубинах «варварского» мира Европы. Бастарнов и скиров эллины заметили только тогда, когда первые появились у границ Македонии, а вторые вместе с галлами («галатами») под стенами Ольвии, гоня впереди себя перепуганных скифов. И то мы не знаем точных дат — можно лишь предполагать, что первое в истории масштабное германское нашествие разворачивалось около 240–220 гг. до н. э. Бастарны обосновались в Днестровско-Прутском междуречье, покорив местные гетские племена. На западе они перешли Прут, заняв территорию до Карпат, на юге совершали дальние походы за Дунай. Скиры действовали в основном севернее. В результате продвижения с запада их и «поморцев» в последней трети III в. до н. э. складывается так называемая зарубинецкая культура. Её территория простирается от полесской реки Горынь на западе до верховий Сулы на востоке, захватывая Среднее Поднепровье. Пришельцы с запада слились с пострадавшими от их вторжения неврами, а также со «скифами-пахарями». По последним около этого же времени или чуть позже пришёлся мощный удар сарматов.