Скрытая жизнь Древнего Рима. Рабы и гладиаторы, преступники и проститутки, плебеи и легионеры… Жители Вечного города, о которых забыла история

Порой женщинам разрешалось мыться вместе с мужчинами. Помпей Катусса написал трогательную эпитафию: «Богам подземного мира и в вечную память о Бландинии Мартиоле, достойнейшей женщине, которая прожила 18 лет 9 месяцев и 5 дней. Помпей Катусса, житель Секаниана, штукатур, поставил этот памятник своей несравненной жене, всегда доброй ко мне, которая жила со мной 5 лет 6 месяцев и 18 дней без ссор и упреков, и себе, хотя я еще живу. Ты, кто читает эту надпись, пойди в термы Аполло и помойся, как я делал это с женой. Как я хотел бы снова это делать!!» (CIL 13.1983=ILS 8158, Лион, Франция).

Выходя из дома, места встречи с друзьями или из терм, простой человек оказывался на улице, где со всех сторон его окружали невероятный шум и суета. Как и все остальные горожане, он много времени проводил на открытом воздухе, находил нужные ему товары, особенно продукты в ларьках, расположенных вдоль всей улицы. У некоторых более приличных магазинов были свои прилавки. К нему приставали шнырявшие в толпе нищие, на перекрестках уличные музыканты играли на разных инструментах, получая за это «кто сколько может». Кого только не было в этой пестрой толпе: уличные философы, предсказатели, фокусники, мошенники и ловкачи: «И мы часто видим, как даже в самой страшной толчее и гвалте человек невозмутимо занимается своим делом; напротив, человек, играющий на флейте или обучающий этому учеников, целиком поглощен этим, часто ведет занятия прямо на улице, и ни бурлящие толпы народа, ни производимый ими шум не отвлекают его; также и танцор или учитель танцев настолько захвачен своим искусством, что совершенно не замечает окружающих; то же относится к арфисту и художнику. Но есть и самое невероятное. Учитель начальной школы сидит со своими учениками на улице, и ничто в этой суматохе не отвлекает его от процесса обучения. Помню, однажды, проходя через Ипподром, я видел много людей на одном месте, каждый из которых занимался чем-то своим: один играл на флейте, второй танцевал, третий показывал фокусы, еще один вслух читал какую-то поэму, тот пел, а этот рассказывал какую-то историю или легенду; и, однако, никто никому не мешал заниматься своим делом» (Дион Хрисостом, Речи, 20. 9—10).

Большое место в жизни простых горожан занимало общение с соседями. В свободное от работы время простолюдины часто сиживали в близлежащей таверне. Достаточно привести один пример. Стенные росписи в таверне «Семь мудрецов» в Остии отражают юмор завсегдатаев таких мест. Она была типичной «забегаловкой» без каких-либо претензий на архитектурные и прочие излишества. Семь мудрецов[1] пользовались большим уважением среди элиты: их бюсты и изречения украшали богатые дома. Но на рисунках в таверне семь мудрецов Древнего мира изрекали истины откровенно порнографического содержания; люди, изображенные на стенах в процессе облегчения мочевого пузыря, подражали их высказываниям весьма живописным и вульгарным языком. Наравне с благородным происхождением и богатством привилегию аристократов составляло прекрасное образование. Хотя элементарное образование было доступно и простолюдинам – изречения семи мудрецов распространились в народе и приобрели характер популярной философии, – тем не менее насмешка над «утонченным» образованием явно находила отзыв в сердцах людей. На погребе таверны были нарисованы дорогие вина: в данном случае объектом насмешки стало выставленное напоказ богатство. Хотя само «происхождение» не являлось предметом насмешек, оно было связано с двумя другими свойствами элиты. Это напомнило мне басню о «Войне между мышами и ласками»; как говорил Федр, иллюстрации к этой басне стали излюбленным мотивом стенных росписей в тавернах. Итак, мыши и ласки постоянно воевали друг с другом, и всегда побеждали ласки. Тогда мыши решили, что им нужен предводитель из элиты, поэтому они выбрали самую сильную, умную и отважную мышь благородного рождения, чтобы она обучила их армию. Как только новая элита провела реорганизацию и обучение своей армии, мыши объявили ласкам войну. Мышиные генералы прикрепили к своей голове соломинки, чтобы выделяться из общего войска. Не успело сражение начаться, как мыши стали отступать и прятаться в свои мышиные норки. К несчастью, высокие плюмажи из соломинок мешали генералам проскользнуть в узкие отверстия норок – и ласки всех их переловили и сожрали (Бабрий, 31, Федр, 4.6). Эта всем известная басня высмеивала самоуверенность, глупость и бестолковость высокорожденных.

В тавернах и кабачках всегда царили шум и оживление. Там можно было поесть, выпить, найти женщину, поболтать и посплетничать, сыграть в кости. Эти контакты соединяли человека с общиной и держали его в курсе событий, поставляли ему сведения о самых разных событиях, которые могли изменить его жизнь.