Скучающий джентльмен (СИ)

Публика рукоплескала мудрёным выходкам полубезумного, по их меркам, человека, отказавшегося от аугментаций. Даже низкую скорость его работы смаковали как особую прелесть, напоминающую о тех временах, когда все люди были скованны ограничениями своих тел и не могли похвастаться более чем двумя-тремя качественными романами, выпущенными за год. На самом деле, он часто думал о прошлом, о том, которое напоминал современникам своим существованием, довольно забавно было быть своего рода ожившей мумией, где-то он уже встречал похожий сюжет, у некоего автора, жившего почти два столетия назад, а также он с ностальгией вспоминал те времена, когда Ян не напичкал свою головную коробку электроникой до предела. И оттого, что это прошлое было таким близким, было лишь приятнее его вспоминать и неприятнее думать о том, что это всего лишь прошлое. Лео утверждал, что во всём виновата эта "девка", ошивавшаяся рядом с "богатым дурачком из Метрополии", но согласиться с ним Кирилл никак не мог. Забавно, но человечность по Висельнику начала проявляться в Яне только тогда, когда он стал скорее компьютером, чем человеком и, в общем и целом, виновна в том была Марта, но вовсе не нажива двигала ею.

Кирилл потянулся, встал, прошёлся по комнате, после чего вновь сел и продолжил печатать "...неподалёку от деревни проживала мистическая девушка, не то ведьма, не то чудище, так или иначе, но её боялись все жители. Но однажды проезжавший мимо молодой дворянин..." Он подумал и стёр текст, нет, этих двоих стоило поместить в более близкие к нему времена, уж больно они были пропитаны этой странной, цифровой, романтикой современности. Не сказать, чтобы ему нравилась пассия его друга, не сказать, что не нравилась, несмотря на скудные, по общепринятым меркам, прямые вычислительные способности мозга, Кирилл обладал тем, что было далеко не у всех его современников - способность рассуждать и любовь к этому делу. Возможно именно поэтому он всё ещё общался с Яном, он был таким же, пусть с иными взглядами и ценностями, но думающий человек всегда найдёт общий язык с иным таким же думающим. Кто точно не симпатизировал Висельнику, так это Лео, этот человек обладал удивительной способностью делать всё ругаемое им невероятно привлекательным. Почти всё в этом человеке можно было описать как "острое", конечно же - в плохом смысле, острый язык, угловатая внешность, острые, как перец, взгляды на мир, только вот разум был его мягок и податлив, подвластен химии организма и сиюминутным желаниям.

Кирилл откинулся на спинку кресла без ножек, она мягко накренилась. Такие кресла стали относительно популярны за счёт моды на невысокие столики посреди комнаты, которые предоставляли возможность работать при столь романтизированном ретроградами дневном свете. Отсутствие ножек позволяло сидеть за такими столиками, работать и, по мере необходимости, расслабляться в объятьях мягкой кожи. Нельзя сказать, что это было удобнее или практичнее, чем, допустим, пуфик, подстраивавшийся под антропометрические данные пользующейся им персоны и его положения, но спрос был, и это было главным. Бледно-голубые глаза рассматривали минималистичный пейзаж потолка: одна мощная лампа в наполовину сферичном плафоне и бесконечные пространства белизны. Он встал и подошёл к окну, отодвинув в сторону мощные шторы, посмотрел на улицу, очки блеснули на солнце. В последнее время всё большую популярность обретали дома с парковыми площадями проекта "Новый Вавилон", предполагавшего постройку одного относительно высокого дома взамен кварталу, счёт этажей в подобных проектах не всегда ограничивался двузначными числами, хотя более распространён был другой вариант - расширение жилого пространства за счёт подвесного строительства, когда некоторые квартиры строили, можно считать, над пропастью. Это экономило драгоценные квадратные метры под парковые пространства, которые, зачастую, много превышали площадь основания самого дома.

В одном из таких домов и жил Висельник, посему, взглянув на улицу, он увидел буйство зелени, конечно, "Вавилоны" не строили в деловой части города, а уж тем более - в Старом городе, приходилось жертвовать удобством проживания неподалёку от основных культурных и торговых мест, но это не было столь уж страшно. Молодая пара неспешно совершала пробежку, их сияющие улыбки тонули в лучах бледноватого солнца, Кирилл бросил взгляд на светило, этот город и всё рядом с ним было будто бы проклято, даже естественный свет гигантского пылающего гелиевого шара не мог растопить лёд местной атмосферы... В дверь постучали.