Slash. Демоны рок-н-ролла в моей голове

Мы приехали накануне вечером и ночевали у них в гостевом доме. Это был гостеприимный жест, но сама идея ужасна, и, по правде говоря, эта правильная еврейская семья казалась потрясенной нашим приездом. Вечером мы установили оборудование на веранде, где были расставлены столы и стулья и устроена маленькая сцена для представления. Затем мы решили уничтожить запас выпивки, которую привезли с собой. Пили мы, стараясь не выходить из гостевого домика, но, к сожалению, запас быстро заканчивался, и нам пришлось проникнуть в большой дом, чтобы взять пару бутылочек того, что приготовили к празднику. Эти бутылки оказались не самым лучшим выбором: после своих водки и виски мы стали пить «Манишевиц» и ликеры, которые не предназначались для употребления из горла, и так начались очень длинные выходные – для нас, для хозяев и для множества гостей, которые приехали утром.

За одну ночь наша группа и друзья так сильно разгромили гостевой домик этой семьи, что степень разрушения превзошла все подобные эпизоды из будущей истории Guns N’ Roses на моей памяти. Ванна была заблевана. Я уселся на раковину с девчонкой, и раковина отвалилась от стены, отчего во все стороны стала хлестать вода, пока мы не перекрыли трубу. Выглядело все так, как будто мы специально устроили разгром, но на самом деле это лишь побочный эффект нашего пребывания. Рад признаться, что не совершил самого страшного проступка и не наблевал в тушеное мясо. Это традиционное блюдо подавали в семье на каждой бар-мицве и бат-мицве, и хозяева оставили его в гостевом доме на медленном огне, чтобы оно приготовилось к завтрашнему дню. В какой-то момент один из наших друзей поднял крышку, наблевал в кастрюлю и снова закрыл ее крышкой, никому ничего не сказав и даже не выключив огонь. Не могу описать, каково было проснуться на полу с дикой головной болью и осколками стекла, впившимися в лицо, и ощутить в воздухе аромат теплого мяса с блевотиной.

К сожалению для несчастной семьи хозяев, шоу ужасов продолжилось. Всю свою выпивку, а также то, что удалось украсть накануне в большом доме, мы уже прикончили, поэтому с утра первым делом стали таскать алкоголь из бара для гостей и репетировать. Днем, когда родственники собрались на праздник, мы играли довольно громко, и никто не знал, что сказать и сделать по этому поводу, хотя и было выдвинуто несколько предложений.

Очень бодрая невысокая пожилая дама подошла к нам с конструктивной критикой.

– Слушай, молодой человек, это слишком громко! – сказала она, щурясь на нас. – Может, можно убавить? Мы тут пытаемся поговорить!

Бабушка оказалась модной, у нее были толстые круглые очки в черной оправе и дизайнерский костюм, и, несмотря на невысокий рост, она явно обладала большим авторитетом. Она спросила нас, знаем ли мы какие-нибудь «знакомые» песни, и мы постарались ей угодить как могли. Мы сыграли все каверы на Deep Purple и Black Sabbath, какие только знали. Для нас устроили сцену, а перед ней расставили стулья, но, за исключением нескольких шести-восьмилетних детей, все гости прижались к дальней от сцены стене. Вообще гости вели себя так, как будто на улице дождь, потому что, когда я взглянул наверх, я понял, что они все набились в гостиную при том, что причины избегать свежего воздуха, помимо звуков нашего выступления, не было.

Мы совершенно смутили всех гостей, поэтому решили привлечь их более медленной музыкой: сыграли хэви-метал – версию песни Message in a Bottle. Это не помогло, поэтому мы стали играть все популярные песни, какие только знали. Мы по кругу играли Start Me Up без вокальной партии. Все оказалось бесполезно. Наше получасовое инструментальное исполнение песни не вытащило никого на танцпол. От отчаяния мы сыграли Feelings Морриса Альберта в переложении Джими Хендрикса. Но и это не помогло – так что эта композиция стала нашей лебединой песней, и мы убрались оттуда к чертям.