Следующая пандемия. Инсайдерский рассказ о борьбе с самой страшной угрозой человечеству

Заирский вирус Эбола принадлежит к семейству филовирусов, Filoviridae, и является одним из пяти членов рода Ebolavirus, которые названы по региону первого обнаружения. К этому же роду относятся вирусы Эбола Бундибуджио, Рестон, Судан и вирус леса Тай. Рестонский вирус выбивается из этого ряда: его нашли у филиппинских обезьян и он не вызывает заболеваний у человека. Заирский – самый опасный с точки зрения как числа вспышек, так и смертности, которая до сих пор составляла в среднем 83 процента.

Хотя Ричард Престон перегнул палку со своими кровавыми описаниями в «Эпидемии», геморрагическая лихорадка Эбола – действительно страшная болезнь. Вирус проделывает микроскопические отверстия в эндотелии кровеносных сосудов, и кровь поступает через них в кишечник, внутренние полости и дыхательные пути. Из-за лихорадки иногда начинаются галлюцинации, а слезы могут стать красными от крови. Известно, что при Эболе бывают кровотечения из носа, ушей, рта, кишечника и мочевого пузыря. Однако так происходит только у 10–15 процентов пациентов. В большинстве случаев все сводится к гематомам, просачиванию кровотечений из слизистых оболочек и в местах уколов иглой. Если начинает отказывать диафрагма, появляется икота – зловещий, но редкий признак. Характерной особенностью больных, которых видел я сам, было похожее на маску выражение лица.

Как и другие РНК-вирусы (те, которые содержат рибонуклеиновую кислоту, в отличие от большей по размеру дезоксирибонуклеиновой кислоты, ДНК), вирус Эбола быстро мутирует – почти с такой же скоростью, что и вирус гриппа. В обоих случаях мутации происходят как в конкретном больном в процессе развития заболевания, так и в природном резервуаре, которым выступает местная человеческая популяция.

Вирусы не могут размножаться путем клеточного деления. Вместо этого они перестраивают механизмы синтеза белка и клеточные структуры хозяина и заставляют их производить множество копий самих себя. Затем эти копии собираются внутри инфицированной клетки в вирусные макромолекулярные структуры.

Если у зараженного человека не возникает мощной иммунной реакции, его организм превращается в фабрику по производству вирусов. Даже если он оправится после острой фазы заболевания, могут возникнуть осложнения – продолжительные мышечные и суставные боли, а вирус может остаться в местах, недоступных для иммунной системы, например: в головном мозге, структурах глаза[30] и в яичках (у лиц мужского пола). Впоследствии вирус может выйти из своего укрытия, и человек заболеет снова. Вирус, который сохраняется в органах мужской репродуктивной системы, может передаваться половым путем в течение девяти месяцев после выздоровления.

⁂

Одиннадцатого мая мы прибыли в Киншасу – город с населением 10 миллионов человек на южном берегу реки Конго. Киншаса оказалась самым беспорядочным местом на земле: современные высотные здания соседствовали с бескрайними трущобами, в которых люди жили под брезентом и листами рифленой жести. Мы провели там неделю, пробиваяcь через бюрократические препоны и коррупционные барьеры, типичные для стран третьего мира.

Мне уже приходилось видеть мрачные последствия британской и французской колонизации – во втором случае, по крайней мере, всегда можно купить хороший багет. Что касается бельгийской колонизации, то она оставила безжалостный шрам на людях и стране в целом. В этой части Африки ни одного вопроса нельзя было решить без взяток и различных подковерных сделок. Заир, бывшее Бельгийское Конго, стал «золотым стандартом» в области коррупции еще во времена, когда государство было личной собственностью короля Леопольда. Надзиратели тогда «подбадривали» рабочих на каучуковых плантациях отрубанием рук за невыполнение нормы. Говорят, что, когда в 1960-х годах бельгийцы ушли, в стране, по площади равной двум третям Западной Европы, университетское образование было лишь у трех десятков местных жителей. Но и в 1990-е все по-прежнему напоминало «Сердце тьмы» Джозефа Конрада[31].

Мы встретились с представителем ВОЗ, которому удалось достать компьютер и принтер. Агентство США по международному развитию предоставило велосипеды и мотоциклы. Компания Chevron, уже четверть века добывавшая нефть в этом регионе, согласилась выделить нам джип и бензин, а также жидкий азот.

Когда прояснился масштаб вспышки, стали поступать пожертвования от многочисленных неправительственных организаций и других государств. Свой вклад внес и Заир – власти разрешили не взимать пошлину с поступавшей в страну гуманитарной помощи. Несмотря на богатейшие запасы алмазов, золота и нефти, страна была нищей. Сначала постарались бельгийцы, а потом – президент Мобуту Сесе Секо, который создал клептократический режим и, говорят, за годы своего правления украл от 5 до 15 миллиардов долларов.