Слово Вирявы

Варя замотала головой и бросилась прочь. Сергей настиг ее, повалил на землю, крепко прижал к траве руки:

– Говори! Чем отвлекла волка?

– Задом голым! – заорала Варя, кривляясь. – Подол задрала и задом повиляла!

– Дрянь! – выплюнул Сергей. – Варда ты, а не Варя!

Яркий сполох озарил ее лицо, и Сергей успел увидеть, как оно сморщилось печеным яблоком, как исказились черты, разом побелела копна здоровых молодых волос.

– Узна-а-ал, узнал, но чуть не поцеловал! – задребезжал голос ведьмы. – А жаль, уж я б тебя любила, вай, любила б так, как эта девка не смогла бы…

Сергей содрогнулся от отвращения.

– Сам, значит, разобрался, – раздался рядом голос Куйгорожа, и напротив вспыхнули два желтых огонька. Пламя горело и в ладони совозмея, разгоняя надвигавшуюся тьму.

– А ты где был, умник? Мог бы прилететь сюда и предупредить!

– Неужто трямка хозяйку свою одну рядом с лесочком оставил, да без панара! Как бы чего не вышло… из леса-то… – захихикала Варда.

Сергей и Куйгорож спохватились и, не сговариваясь, подняли старуху и вытряхнули ее жалкое тело из Вариной рубахи.

– Спасибо, что напомнила! Чуть не забыли, – хмыкнул Куйгорож, показав на горизонт. Последний румянец сошел с неба, на глазах сменившись глубокой синевой. Мгновение – и ночь полностью вступила в свои права.

– Вай, бесстыдники, два мужика да над бабушкой куражатся! – зашмыгала носом полуголая Варда, делая какие-то знаки в воздухе.

– Ничего! Охладишься после костерка, – зашипел Куйгорож и остановил ее руки. – А это ты брось, ведьма! Не то веревку сделаю и свяжу.

– Уж не из песка ли?

Куйгорож обвил ее шею хвостом:

– Еще раз рот свой мерзкий откроешь, еще раз ворожить попробуешь – поймаю алганжея и на тебя посажу!

– Не надо, трямочка, не надо! – прохрипела она. – Только Одноногий все равно ее почует да придет поиграть!

Куйгорож разжал петлю. Варда тюком упала на землю.

– Одноногий? – переспросил Сергей, едва успевая следить за перепалкой Куйгорожа и Варды.

– Напряги свои поросячьи мозги. Кто у нас тут на одной ноге скакать и играть горазд? – Куйгорож бросился прочь. – Запряги Пферду и догоняй!

– Да не умею я! – заорал Сергей, все еще соображая, что имел в виду совозмей.

Фигура с мерцающим огнем в руке метнулась в обратную сторону, после чего послышались похлопывание, вялая поступь лошади и негромкое ржание.

Сергей нашел глазами едва заметную в сгустившихся сумерках колдунью и состроил рожу:

– Вот тебе и хрю! – И побежал вслед за Куйгорожем.

Варя

Когда все случилось, Варю обожгло, обдало нестерпимым жаром. Она отпрянула от костра и прижала ладони к прохладной земле. Как только жар немного утих, повернула руки к огню, чтобы рассмотреть, не появилось ли волдырей. Но нет – обошлось. В оранжевых бликах кожа казалась краснее, чем обычно, а в остальном была целой и гладкой.

Гладкой! Варя потрогала лицо и шею. Гладкие! Только ресницы и брови, кажется, обгорели. Заглянула под лохмотья, завертелась сама вокруг себя, подставляя свету то ноги, то грудь. Гладкие, ровные, мягкие, ее, Варины! Из-за яркого огня ей давно казалось, что солнце село, что свершилось непоправимое. Лишь по инерции она продолжала делать то, что посоветовал ей Куйгорож: подбрасывала хворост и из последних старушечьих сил протягивала к костру руки и пятки, нависала над пламенем лицом, почти не чувствуя боли, – то ли оттого, что древнее тело уже ничего не могло ощутить, то ли потому, что эту пытку она делила с настоящей его обладательницей. Теперь же все чувства и запахи вернулись к ней с тройной остротой, заставили скакать и кричать на весь лес, воспевать в ночи свою вновь обретенную молодость и гибкость.

И лес откликнулся, зашелестел в ответ, закивал. Когда Варя услышала чье-то приближение, то ни секунды не сомневалась: Куйгорож! То-то он обрадуется, увидев ее. Она запрыгала, замахала руками – мол, сюда, скорее!

Звуки нарастали. В темноте кто-то тяжело и ритмично стучал по земле. Том-м-м-том-м-м-том-м-м.

– Куйгорож? – позвала Варя.

Звуки приближались, но ответа она не дождалась. Только ускоряющееся «том-м-м-том-м-м-том-м-м». «Пферда!» – подумала Варя. Лошадь везет телегу, и что-то задевает о землю. Тогда почему не слышно копыт?

Она вытащила из костра горящую ветку и вышла на дорогу. Стук прекратился. Кто-то шумно вздохнул в нескольких метрах от нее. Волк? Варя выставила вперед тлеющую палку и попятилась.

– Поиграй со мной! – попросил из темноты детский голосок. – Мне скучно!

Варя опустила ветку и выдохнула. Деревенский ребенок заигрался допоздна и колотит деревяшкой по чему попало, а она нафантазировала себе невесть что.

– Эй, не бойся! Пойдем к костру!

Голосок хихикнул и стукнул еще раз, где-то совсем рядом, да так, что под Вариными ногами дрогнула земля.

– Ты там полегче! Как тебя звать?

Сергей

– Бобо! – осенило Сергея. – Варда имела в виду Бобо! – Он залез на козлы. – Так ведь?

Куйгорож не ответил. Только желтые огни впереди снова вспыхнули и потухли.

– Ты когда поворачиваешься на голос, я вижу, между прочим! Так что не выпендривайся. Обернулся – ответь.

– Да.

– Одноногий Бобо вроде бы только детей таскает?[69] Поди, не тронет Варю?