Случилось нечто невиданное

Интересен был рапорт атамана Бегидова генералу Роту относительно первой разведывательной вылазки на болгарскую землю. В нем он подробно описывал нападения многочисленной турецкой конницы: как те вылетали неожиданно из засад, как первыми в бой бросались добровольцы, которые своей храбростью увлекали остальных бойцов. Атаман обращал внимание Рота, что болгарские добровольцы хорошо ориентируются на местности, и в успешном исходе первой схватки между небольшим разведывательным отрядом и многочисленной турецкой конницей большая часть заслуги принадлежит им. Бегидов не скупился на похвалы. Подчеркивая пользу от добровольцев, он предлагал включить их отряд в состав корпуса. Также он просил корпусного командира объявить благодарность добровольческому отряду, который уже понес первые потери убитыми и ранеными. Он настаивал на том, что и впредь разведывательную и авангардную деятельность следует вести с помощью болгар.

Генерал Рот несколько раз перечитал рапорт атамана и долго размышлял. Он должен был отправить в главную штаб-квартиру подробное донесение обо всем случившимся: о переправе через реку, об обстановке по пути в Силистру, об опустевших селах, о найденных там повешенных и убитых мужчинах и женщинах, о стычке разведотряда с турецкой конницей. Следовательно, укрыть присутствие в корпусе болгарских добровольцев было невозможно. Что после этого последует? Изумление и гнев главнокомандующего? Генерал Желтухин, наверно, уже отправил тайное донесение о своеволии корпусного командира. А если разразится гневом император…

Но не кому-то другому, а именно генералу Роту требовалось исполнить дело при Силистре, и к тому же одним небольшим корпусом. Фельдмаршал, правда, обещал усилить корпус новыми частями, но пока о них не было ни слуху ни духу. Запаздывала с прибытием также и осадная артиллерия. При таком положении лишить себя помощи добровольцев было бы неоправданно, неразумно, и нанесло бы ущерб общему делу. Генерал Рот решил, что он должен написать в главную штаб-квартиру мотивированное донесение, в котором надо доказать пользу от добровольческого отряда. Написал, выслал и принялся ожидать ответа.

Глава VIIНа болгарской земле

1

— Андрюша, мы уезжаем! Давай, быстро собирайся! Иван уже запрягает.

Забежав в палатку, Феликс Петрович принялся собирать багаж. Был уже поздний вечер, и Муравьев готовился отойти ко сну, не дожидаясь возвращения Феликса. Он подумал, что тот задержался где-то, играя в карты.

— Андрюша, прошу тебя, побыстрей! Люди уже двинулись.

— Куда? — недоумевающе спросил Муравьев.

— В Сатуново. Там ожидается прибытие императора. В Сатуново будут твориться большие дела. Мы не должны пропустить их.

Другие люди в селении Хаджи-Капитания тоже собирались в путь, и этим ночным приготовлениям дружно аккомпанировали сельские собаки. Муравьев занялся сборами своих вещей. Ему пришло в голову, что предстоящее переселение означает откладывание дуэли, срок которой был уже назначен.

Через час и село, и крепость Браила остались у них за спиной. Постепенно затихала канонада артиллерийского обстрела, который предприняли для прикрытия отвода от крепости некоторых частей второй армии, которые перенаправили в Сатуново.