Случилось нечто невиданное

Через два дня нарочный, посланный генералом Ротом, повез очередное донесение в главную штаб-квартиру. В нем генерал сообщал главнокомандующему, что связь с русскими частями в Бухаресте и Малой Валахии установлена не через Хорсово, а прямо у Силистры. Описал он и действия добровольцев, предлагал наградить двух командиров добровольческих отрядов, Георгия Буюкли и Панайоти Фокиано. Последний разбил вражеский отряд в Делиорманском лесу, захватил орудие и спас много обреченных на гибель болгар.

Глава XVАдмирал Грейг

1

«22 июля 1828 года. Флот отдал якоря на рейде Варны». Вахтенный офицер флагманского корабля «Париж» внес эти слова в шканечный журнал, когда ранним июльским утром корабли как белые лебеди появились в водах Евксиноградского залива.

Лазурная вода тихого залива, золотистый песок, буйная зелень берегов привлекали взгляды офицеров и матросов и пробуждали в них желания, которые не имели ничего общего с распоряжениями адмирала Грейга. Им предстояли незамедлительные военные действия, и в заливе закипела усиленная работа. Строительство причалов, посредством которых будет осуществляться связь сухопутных сил с флотом, устройство складов и лазарета поглощали все без остатка силы матросов.

Адмирал, с детства воспитанный в духе строгости и военной дисциплины, не давал себе расслабиться ни на минуту и использовал даже часы, отведенные самой природой для отдыха. Вечером он читал допоздна: изучал медицину, увлекался поэзией, следил за развитием мировой науки. Этот человек еще до прибытия к Варне приступил к энергичным действиям, которые заранее обдумал и предварительно спланировал. Когда адмирал брался за какую-то работу, ставил перед собой определенную цель, ничто не могло отклонить его от ее исполнения. Он брал на себя ответственность и не отступал.

Взятие Анапы произошло с задержкой, непредвиденной в планах генерального штаба. Император торопил с отправкой флота к болгарским берегам, но адмирал не спешил. Специально посланный императором фельдъегерь вручил ему приказ, который гласил: «Вам следует незамедлительно вести флот к Варне, не заходя в Севастополь». Грейг не выполнил этот приказ и пошел в Севастополь. Быстро последовало письмо от начальника императорского штаба генерала Дибича: «Государь-император считает, — писал он, — что флот совершенно способен к дальнейшим действиям против неприятеля и приказывает приступить к блокаде Варны незамедлительно, не задерживаясь для ремонтов в Севастополе». Но мнение Грейга по этому вопросу не совпадало с мнениями Николая I и Дибича. Он продолжал выполнять ранее намеченные планы. Отвозил в Россию плененных при Анапе неприятельских солдат для того, чтобы они снова не превратились в опасную силу. Не оставил он бесхозным и взятое оружие: сотни орудий и фальконетов, тысячи сабель, ятаганов и кинжалов отменного качества. Отвел в Севастополь захваченные корабли — большие и малые, торговые и военные.

Ученики адмирала — молодые офицеры — одобряли его решения и поступки, но в то же время они с болью в сердцах ожидали реакцию со стороны императора, так как всем было известно, что следует после неисполнения его приказаний. Адмирал же продолжал действовать по своему усмотрению. Нуждающихся в уходе и лечении раненных и больных матросов и егерей он разместил в госпиталях Севастополя и Николаева, а экипажи кораблей, которым предстояло участвовать в следующих сражениях, обеспечил свежими продуктами и пресной водой. На многих кораблях был поврежден такелаж, и некоторые из них имели пробоины, поэтому он занялся их ремонтом. Он не спрашивал разрешения на свои действия, а просто докладывал о них в главную штаб-квартиру. В третий раз император категорически назначил смотр флота перед Варной и сообщил дату его проведения. Адмирал, однако, не прекратил свою работу. Когда он посчитал, что флот приведен в порядок, он отправился к берегам Болгарии. Вблизи Мангалии флажным телеграфом был принят очередной приказ. Он требовал от Грейга следовать к Варне без каких бы то ни было отклонений. Каково же было изумление офицеров и в особенности князя Меншикова, когда адмирал Грейг, не обращая внимания на императорское повеление, привел флот на рейд Каварны. Князь, недоумевая от упрямства этого чудака Грейга, не удержался и спросил, на что тот рассчитывает, постоянно нарушая государеву волю. Грейг ответил, что Черноморский флот доверен ему, а не барону Дибичу или кому-нибудь другому. При разговоре с Меншиковым в синих глазах адмирала играли веселые огоньки. Они говорили: что же делать, дорогой друг, коли наше высшее руководство не имеет ни малейшего понятия в морском деле.