Случилось нечто невиданное

Адмирал понимал огромное удивление своих офицеров, вызванное этой дерзкой вылазкой. Позднее на совещании, которое он созвал для обсуждения предстоящих действий, он сказал, что хотел подтвердить свои сомнения относительно характера противника. Он, конечно, шутил, но в его шутке содержалось немало истины.

— Наш противник силен и, несомненно, храбр, но имеет склонность к умствованию. Эта черта характера мешает принимать быстрые решительные действия. Ну, и я рассчитывал на нашу новую технику. Дело в том, господа, что машина не зависит от капризов ветра. Несомненно, будущее за пароходами.

Младшие офицеры восприняли эту рискованную вылазку как урок, данный им адмиралом. Старшие же чины посчитали ее авантюрой. По их мнению, турецкие корабли могли окружить и легко пленить русский пароход, одним ударом ликвидируя все командование флотом. Может, Грейг и прав в своих рассуждениях, но поблагодарим бога, что не случилось худшего — так думали многие высшие офицеры.

В тот же день, когда Черноморский флот появился перед Варной, усиленный сухопутный отряд, теперь под командой Меншикова, спустился с горного села Дервент и занял позиции перед крепостью. Солдаты начали строить редуты северо-восточнее стен на расстоянии примерно в тысячу шагов. Там находились, протянувшись от берега в глубь суши, первый и второй бастионы. Их орудия засыпали огнем русские позиции. Северные ворота крепости открылись и выпустили наружу конные отряды Юсуф-паши. Они ринулись на укрепления, пытаясь разогнать их строителей. В ответ русские полевые орудия открыли заградительный огонь и вынудили турецкую конницу вернуться в стены крепости.

После всех этих событий — прибытие сухопутного отряда, первая успешная стычка с противником, дерзкая вылазка на пароходе — адмирал решил, что пришло время ставить ультиматум.

В уютной адмиральской каюте обсуждали текст ультиматума, который будет вручен паше через час.

— Читайте, Иван Викторович, — предложил Грейг дипломату Ботьянову. — Слушаю… продолжайте… пока все верно…

— Крепость, находящуюся под вашим командованием, — продолжал Ботьянов, — ожидает такая же участь, как и прочие крепости, которые не смогли остановить продвижения русских войск. Всякое сопротивление вашей стороны против наших превосходящих сил будет не только совершенно бесполезным, но и приведет к потере жизней многих храбрых воинов. Желая избежать излишнего кровопролития, хочу предложить Вашему превосходительству наиболее честные и выгодные условия, если Вы решите капитулировать. Если же Вы вынудите меня начать осаду Вашей крепости, то условия капитуляции уже не будут столь выгодными для вас.

В ожидании Вашего скорого ответа,

С искренним уважением Вашего превосходительства,

Адмирал Грейг

— Хорошо. Коротко и ясно, — сказал адмирал.

Он принял документ из рук дипломата, отнес его к своему бюро, подписал и с усмешкой вернул Ботьянову. Усмехался он своему дерзкому вызову, так как если говорить о превосходящих силах, то именно паша был тем, кто располагал таковыми. Но у адмирала имелось другое превосходство: твердый дух и героизм русских воинов. На них рассчитывал, на них надеялся он в предстоящей неравной схватке.

Глава XVIЮсуф-паша готовит ловушку

Старый дом Арнаутов весь трясся при каждом орудийном выстреле. Осколки гранат падали на крышу и ломали черепицу. Огонь орудий русских кораблей и полевых батарей велся по крепости непрерывно от восхода до захода солнца.

Вечерело, а стрельба не прекращалась. Канонада ненадолго затихала, как будто орудиям требовалась передышка, и потом возобновлялась с новой силой. Земля тряслась, гул и грохот болезненно били по ушам людей, прятавшихся в глубоком погребе дома Арнаутов.