Смерть Сталина. При чем здесь Брежнев?

За успех «малого плана» должны отвечать все четверо, ответственность за успех «оптимального плана» Берия брал на себя лично. В каждом из этих планов предусматривались и превентивные меры: из Москвы надо было удалить, под разными предлогами, явных сторонников Сталина, — особенно тех, кто ведал средствами коммуникации и информации (Министерство связи, радио и телевидения, ТАСС, редакции «Правды» и «Известий»), а также некоторых видных руководителей из Министерства обороны, МГБ, МВД и комендатуры Кремля. В то же время наиболее надежных сторонников «четверки» (маршал Жуков и др.) следовало вызвать в Москву. Все средства связи дачи Сталина, его кремлевской квартиры и служебных кабинетов, начиная с определенного Х-часа, выключались из всех общих и специальных правительственных проводов. Все машины дачи, Сталина, охраны и обслуги «конфисковывались» с начала Х-часа. Все дороги к даче и от нее — как по земле, так и по воздуху — закрывались для всех, в том числе для всех членов Президиума ЦК, кроме «четверки».

Функции членов «четверки» были четко разграничены: Берия отвечал за «оперативную часть» плана, Маленков — за мобилизацию партийно-государственного аппарата, Хрущев — за столицу и коммуникации, Булганин — наблюдение за военными. С самого начала Х-часа «четверка» объявляла о «тяжелой болезни» Сталина и брала в руки власть «до его полного выздоровления». Так легализовывались все действия заговорщиков. Самым оригинальным в этом рассказе надо считать, пожалуй, то, что заговорщики утвердили оба плана сразу! Начать решили с «малого плана», но в случае его провала, тут же пускался в ход запасной, «оптимальный план». Если заговор, так с абсолютно гарантированным успехом, — этому учил ведь и сам Сталин («бить врага надо наверняка!»).

После такой подготовки и состоялась встреча «четверки» со Сталиным на его даче в Кунцево вечером 28 февраля 1953 года»[12]

.

Далее приводится уже рассмотренная выше версия успешно реализованного «малого плана» заговорщиков.

Хотя А. Авторханов решительно отмежевывается от авторства этой сногсшибательной версии, но видимо, подсознание подсказывает, что как-то нужно «отметиться», не хуже известной всем с детства лягушки-путешественницы, что это «…я придумала». Спрашивается, зачем тогда не к месту приводить фрагмент воспоминания дочери Сталина о женщине-враче у смертельного одра ее отца, который приводит А. Авторханов в конце своего повествования по поводу версии «старых большевиков»: «При этом невольно вспоминается место из книги Аллилуевой, где сказано несколько слов о какой-то таинственной женщине-враче у постели умирающего Сталина: «Молодые врачи ошалело озирались вокруг… Я вдруг сообразила, что вот эту молодую женщину-врача я знаю, — где я ее видела? Мы кивнули друг другу, но не разговаривали» (Двадцать писем к другу, стр. 7).

Я думаю, что выяснение роли данной женщины-врача при Берии было бы очень важно. Интересно, где же Аллилуева видела эту женщину до смерти Сталина и видела ли она ее после его смерти?»[13]

То есть автор задумывается над тем, как бы довести придуманную им версию до логического завершения.

Все вышеприведенные версии о последних днях и часах жизни Иосифа Виссарионовича Сталина прямо или косвенно связаны с Н.С. Хрущевым. Однако со второй половины 70-х годов вдруг «заговорили» офицеры личной охраны Сталина, которые к тому времени были уже достаточно пожилыми людьми. Инициатором публикации воспоминаний офицеров охраны был полковник А. Рыбин, который работал в охране Сталина до 1935 года, а затем длительное время возглавлял службу безопасности Большого театра. Что заставило А. Рыбина заняться исследованием причин болезни и смерти Сталина, неизвестно. Хотя он не был свидетелем последних дней жизни Сталина, но всю свою оставшуюся жизнь он посвятил этой проблеме, написав целую серию статей под общим подзаголовком «Записки телохранителя». Отдельные статьи были впоследствии опубликованы в виде брошюр, из которых наиболее известны следующие:

— «Рядом со Сталиным»;

— «Кто отравил Сталина»;

— «Сталин и Жуков»;

— «Сталин в октябре 1941 года»;

— «Сталин на фронте».

Впоследствии свои заметки о жизни и деятельности И. В. Сталина А. Рыбин в соавторстве с И. Бенедиктовым опубликовал в виде книги «Рядом со Сталиным», которая выдержала несколько переизданий. В 2010 году эта книга была вновь переиздана издательством «Алгоритм».

А. Рыбин начал свою многолетнюю работу по восстановлению доброго имени Сталина в 1977 году, когда он собрал в очередную годовщину смерти вождя нескольких бывших сотрудников охраны, присутствовавших на Ближней даче в мартовские дни 1953 года, и записал их воспоминания о тех трагических днях и событиях. В Музее Революции хранится подлинник рукописи А. Рыбина с воспоминаниями своих бывших сослуживцев под заглавием «Железный солдат».