Смерть Сталина. Все версии. И ещё одна

В дореволюционной России от клеветы и навета можно было защищаться, ведь правосудие не зависело от государства, и в стране действовал суд присяжных. В 1913 году он оправдал киевского еврея Бейлиса, обвинённого в ритуальном убийстве, и – событие, невиданное для сталинского правосудия! – подсудимого, в качестве подозреваемого проведшего два года в тюрьме, освободили в зале суда. Царское правительство симпатизировало погромщикам, но открыто их не поддерживало. В защиту Бейлиса выступил цвет русской интеллигенции: Короленко, Горький, Блок, Гиппиус, Мережковский, Сологуб… Такого открытого противодействия лживым наветам не было ни на одном сталинском процессе – наоборот, запуганная интеллигенция неистово рукоплескала расстрельным вердиктам, а члены Политбюро раз за разом жертвовали своими соратниками. Да что соратниками! Жёнами и детьми!

1949 год не стал исключением из правил морали оруэлловского государства, когда Сталин принялся мстить тем, чьи соплеменники, жившие за тридевять земель, отказались создавать советский Израиль.

Прогноз Черчилля подтверждался. В тех странах Восточной Европы, где коммунисты заняли ключевые посты в правительстве, начинались репрессии и создавались тоталитарные режимы. Димитров, Готвальд, Берут, Паукер, Ракоши, десятилетиями отсиживавшиеся в Москве в стенах Коминтерна и делегированные после окончания Второй мировой войны на историческую родину, большевистскими методами захватывали власть и репрессировали оппонентов. Советский маршал Рокоссовский, этнический поляк, в 1949 году стал министром национальной обороны Польши и главнокомандующим польской армией. В Израиле восточноевропейский сценарий не повторился, и это предрешило судьбу ЕАК.

Антифашистский комитет висел на волоске с осени 1946-го… Записка МГБ «О националистических проявлениях некоторых работников ЕАК», одобренная отделом внешней политики ЦК ВКП(б), сама по себе появиться не могла. Абакумов и Суслов знали, что она затрагивает члена Политбюро и министра иностранных дел Молотова, до 1941 года возглавлявшего Советское правительство, и самостоятельно не решились бы инициировать антимолотовскую акцию. Они добросовестно выполнили приказ, который мог исходить только от Сталина.

Разгром ЕАК растянулся на два года. Столько времени потребовалось Сталину, чтобы осознать безнадежность создания военно-политического союза с Израилем.

Выборы в кнессет, создание левоцентристского правительства, сближение с Западом и установление дипломатических отношений с Францией и США происходили в январе-феврале 1949 года. В эти же месяцы Сталин завершил разгром ЕАК и инициировал борьбу с «безродными космополитами». Наказанию подверглись члены Политбюро, курировавшие операции по продаже оружия Израилю.

4 марта 1949 года лишились своих постов министр иностранных дел Молотов (жена, член ЕАК, второй месяц в тюрьме), министр вооружённых сил Булганин и министр внешней торговли Микоян. Они обязаны были «контролировать» ситуацию в Израиле и за недосмотр поплатились отстранением от должности.

Ослабли роль и влияние Маленкова. За ошибки, допущенные при формировании команды, командированной в Израиль свершать коммунистическую революцию, он уступил Игнатьеву ключевую позицию в аппарате ЦК, связанную с подбором и назначением кадров – должность заведующего отделом партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК.

Пошатнулась позиция Берии, ответственного за тайные операции по поддержке Израиля. Сталин додумался до того, что мать Берии – мингрельская еврейка. Следовательно, Берия – сионист. Зимой 1949-го слово «сионист» также стало ругательным. Через четыре года, одновременно с «делом врачей», Сталин приступит к раскручиванию «мингрельского дела» и, намекая на Берию, будет настойчиво призывать следователей «искать большого мингрела».