Смертельная ртутная ложь. Жалкие свинцовые божки

Она подскочила. Резко обернулась. Ее глаза метнули молнии. Да, при каждой новой встрече Линда реагировала на меня по-разному.

— Какого черта тебе здесь нужно? — процедила она, не вынимая пера изо рта.

— Я искал тебя.

— Что, не с кем пойти погулять?

— Нет, я по делу.

Молодец, Гаррет, валяй дальше в том же духе! Умеешь ты обращаться с людьми, ничего не скажешь.

— Извини, Линда, просто у меня сегодня в голове одно, а на языке другое.

— Только сегодня? А это еще что за чучело у тебя на плече? Кого ты из себя изображаешь?

— Разве ты забыла мистера Большая Шишка?

— К несчастью, помню, потому и спросила. Почему ты его не утопил? Кстати, что с ним стряслось?

— То есть?

Линда вела себя необычно. Любопытно было бы узнать, кого изображает она. Тогда бы я догадался, под кого работаю сам, и мы бы прекрасно устроились все вчетвером.

— Он молчит как рыба. А раньше, помнится, так и сыпал ругательствами.

— Покойник что-то с ним сделал.

Линда Ли поежилась. Если на нее таким образом подействовало одно упоминание о Покойнике, то моя задача существенно осложняется.

— Пожалуй, я забуду о том, что не видела тебя с самого детства…

— Прошло всего три дня!

— Что тебе нужно? — Она явно искала ссоры, но говорила вполголоса.

Начальство Линды и ее коллеги весьма неодобрительно относились к моим визитам, которые подрывали их веру в надежную охрану библиотеки. Наверное, рано или поздно они предпримут что-нибудь этакое. Может, потратятся и наймут настоящего охранника.

— Надо же, за три дня ты успела превратиться в собственную бабушку… Черт! Извини, пожалуйста.

— Да, Гаррет, денек сегодня не из лучших. Между прочим, я занята.

С выяснением отношений пора было кончать. Я быстро и сжато изложил свою историю, ухитрившись втиснуть в минимум времени максимум подробностей. Опустил лишь то, что Линде знать было вовсе не обязательно — к примеру, какие милашки встречаются среди богинь.

Слушая мой рассказ, Линда становилась все задумчивее.

— Вот как? Настоящие боги? Насколько я понимаю, ты не очень-то в это веришь?

— В общем, да. Они пережиток прошлого вроде повелителей огня и властителей бурь. Те тоже определяют жизнь нормальных людей, но на каждом углу с ними не сталкиваешься. Лично со мной, скажем, такого никогда не случалось.

— Тебя послушать, они такие кровожадные…

— Я ничуть не преувеличиваю, зуб даю! Тебе о них что-нибудь известно?

— Только имена. В древних мифологиях множество пантеонов. Можно спросить у Мад…

— Я думал, ты знаешь все на свете. А кто такая Мад?

— Маделейн. Она руководит отделом рукописей.

Мне смутно припомнилась старая карга, настолько ветхая, что вполне могла сойти за ровесницу тех рукописей, которыми заведовала.

— Ой, не стоит. Нужно лишь, чтобы кто-то пришел ко мне домой и прочел Покойнику все, что есть в библиотеке о шайирах и годоротах.

— Выносить книги из здания запрещено.

— Я думал, что все объяснил. У меня в запасе всего несколько дней, а я даже не знаю, с чего начать. — Я снова позволил себе повысить тон.

Разумеется, Линда поняла все с самого начала. Она просто торговалась, пыталась втолковать, что не удовлетворится беглым поцелуем и вежливым «спасибо». Так и быть, подарим ей букет желтых роз.

— Хорошо, хорошо, — прошептала она, встревоженно оглядываясь, и приложила палец к губам.

Я кивнул. Ее слух был острее моего. Естественно: когда идешь работать в библиотеку, у тебя первым делом проверяют именно слух.

Линда махнула рукой: мол, иди отсюда. Я подчинился. Итак, одно дело сделано. Она принесет книги и, быть может, сама прочитает их Покойнику. Надо отдать должное логхиру: когда ему требуется, он обольщает девиц не хуже столичного кавалера. Правда, обольщать будет он, а расплачиваться придется мне.

Я спрятался в тень в глубине книгохранилища в тот самый миг, когда у плеча Линды Ли материализовалась мать всех библиотекарей. Она передвигалась столь резво, что ей в пору было принимать участие в забеге на сто ярдов: лет через десять, глядишь, и добрела бы до финиша. Опиралась старуха на отвратительного вида узловатую клюку, испещренную зарубками, которые, очевидно, обозначали количество случаев, когда она застукивала подчиненных за разговорами. Втянутую в плечи голову венчали клочья седых волос. Она носила стекляшки, из чего следовало, что у нее богатые родственники. Очки в Танфере стоили целое состояние. Но даже с очками эта старая мымра не видела ничего на расстоянии вытянутой руки. Взбреди мне в голову, я мог бы сплясать перед ней нагишом, и она бы ни шиша не заметила.

— Что тут был за шум, дитя мое? — проскрипела старуха.

С другой стороны…

— Ой, миссис Крайн! Что вы спросили?

— Кто тут шумел? Было слышно даже наверху. Твой очередной ухажер?

Очередной? Ах ты, тихоня!

— Ну что вы, миссис Крайн! Я просто читала вслух буквы, пытаясь понять, что написано на книге. Видите, позолота совсем стерлась.

— Да, тебе поручили собрать книги, которые нужно подновить. В следующий раз, дитя мое, будь сдержанней в выражении своих чувств… Что такое? Кто здесь?

Уже никого. Я выскользнул из книгохранилища бесшумнее мыши и на цыпочках прошел мимо охранника, чтобы не потревожить его сон.