Смертельная ртутная ложь. Жалкие свинцовые божки

— Куда он подевался?

— Именно этого я и ожидал, — встревоженно произнес Морли, когда мы выскочили на поперечную улицу.

— Ожидал?

— Он призрак. Бесплотный дух, так сказать.

— Нет, он не дух, а просто везунок.

— Я где-то слышал, что везение есть не что иное, как одно из проявлений парапсихического дара или, если хочешь, таланта.

— Брось трепаться, Морли. Какое отношение чистая случайность имеет к таланту?

— Так ты полагаешь, что удача не больше чем чистая случайность? Или другими словами: между ними стоит знак равенства?

— Пожалуй.

— Из этого следует, что и тебе, Гаррет, когда-нибудь может повезти. Однако тебе повезет скорее, если ты сам станешь оказывать влияние на ход событий.

— Но с другой стороны…

Тема нашей болтовни оказалась неисчерпаемой. Это развлечение скрасило нам дорогу до Западной стороны.

В конце концов я сказал:

— Ты меня убедил. Начинаю учиться управлять ходом событий.

— Значит, говоришь, в лавке Виксона и Уайта довольно хилая задняя дверь?

— Даже смешно представить. Если, конечно, за ней не скрыта ловушка.

— Где эта знаменитая дверь? Покажи. Мы доведем твоих друзей до умопомрачительного экстаза.

Ясно. Морли решил составить мне компанию, просто чтобы немного развлечься.

«Виксон и Уайт» были открыты. Мы подождали, пока покупатели не вышли из лавки.

— Поторопимся. У меня несколько напряженные отношения с местной стражей. Эти ребята чересчур серьезно относятся к своим обязанностям.

Морли пробурчал что-то нечленораздельное. Я познакомил его с дверью в задней стене дома.

Осмотрев ее, он произнес:

— Дай мне десять минут.

— Десять? Ты что, хочешь разобрать ее на части и раму тоже?

— Нет. Просто стану работать очень тихо. Если тебе важна быстрота, так пригласил бы не меня, а Плоскомордого. Изящество, Гаррет. Изящество и неожиданность. Я тебе не какой-нибудь уличный громила.

— Хорошо, — согласился я и оставил художника за его мольбертом.

Я начал подозревать, что мой старый друг во всем этом деле преследует собственную цель.

Но это меня совершенно не волновало. Я всего-навсего хотел выполнить свою работу — найти пропавшую девочку. Именно так я формулировал свою задачу. И ни на йоту больше.

Интересно, есть ли у меня сейчас работодатель? Во всяком случае, от него не поступало никаких вестей.

Пока Морли занимался своими делами, я ждал в проходе между домами. Мой приятель действовал совершенно бесшумно. До меня не доносилось ни единого звука. Головорезы в сером не появлялись. Я попытался настроиться на роль, которую мне предстояло сыграть.

Пора. Я подошел к дверям и переступил порог.

42

— Привет, — бросил я, ухмыляясь.

В помещении, кроме нас, никого не было. Заперев за собой дверь, я выставил в витрине табличку с надписью: «ЗАКРЫТО».

Более бесстрашный из двух пиратов поинтересовался:

— Что вы делаете?

Он хотел произнести эти слова грозно, но голос его сорвался в мышиный писк.

Второй корсар не произнес ни звука. Десять секунд он не отрываясь пялился на меня, похожий на мифическую птичку, загипнотизированную взглядом кобры. Затем, по-прежнему молча, бросился в заднюю комнату. Мгновение спустя оттуда раздался такой вопль, будто Морли встретил его демонстрацией обнаженных ягодиц.

Я решил использовать свой самый веселый и дружелюбный тон. Если сделать это должным образом, ваши слова будут звучать чрезвычайно зловеще.

— Привет, Робин. — Я все-таки ухитрился рассортировать их по именам. — Мы заскочили всего лишь потолковать об Эмеральд Дженн.

Я воспроизвел улыбку коммивояжера. Робин пискнул и решил воссоединиться с Пенни.

Каждый из этих отважных флибустьеров был ростом значительно выше Морли. Но когда я вошел в комнату, пираты являли собой жалкое зрелище. Морли держал их за воротники, повернув ко мне лицом. Оба корсара мелко дрожали.

Заперев дверь, я прислонился спиной к стене:

— Кто из вас осмелится выступить с речью?

В помещении царил ужасный беспорядок. Уверен, что порядка там не было изначально, но сейчас казалось, что комнату поспешно обыскал, например, фанатик-библиофил в поисках редкого первого издания.

— Ну давайте, ребята, не тяните.

Две головы синхронно качнулись.

— Начинайте, парни, не глупите.

Морли все же ухитрился поставить их на колени. Он извлек нож с таким длинным лезвием, что ношение его считалось незаконным, и начал водить клинком по оселку.

— Ребята, мне всего лишь нужна Эмеральд Дженн, известная также под именем Жюстина Дженн. Скажите мне, что вам о ней известно, и вы тут же почувствуете огромное облегчение. Начните с того, как впервые встретились с ней.

Виксон и Уайт принялись скулить и хныкать. Они обменялись полными взаимной страсти прощальными взглядами. Господи, до чего же я был хорош! Вот это театр! Морли внес свой вклад в представление, испробовав остроту лезвия на усах Пенни. Большой клок волос, украшавших физиономию пирата, упал на пол. Морли вернулся к оселку.

— Нет необходимости кого-нибудь убивать. — Я указал на валяющийся ус и добавил: — Мы просто обреем одного из вас наголо.

— Иммигранты, — заметил Морли.

— Наверняка.