Сначала отвести беду...

Задание Льва Гурыча в принципе не казалось сложным, — побывать в редакциях, поговорить с сотрудниками, желательно перемолвиться несколькими словами с главным редактором. Сделать первую прикидку в поиске того одного, двух, может статься, трёх изданий, с которыми в принципе стоило бы поговорить "о главном". Эти разговоры поведёт уже не он, действующий работник УВД. Задание не хитрое, если бы не огромный список названий.

Конечно, заявляться в редакции без легенды было нельзя, но придумывать благовидные мотивы расспросов, Слава был мастером непревзойдённым. Тем более что несколько "вялых" дел, ожидающих появления "вновь открывшихся обстоятельств", имелось в сейфе Кличко. Так что, сейчас главная трудность, по принципу того, что она первоочередная, была в выборе перспективных названий.

Кличко задумался. Если предложить компьютеру сгруппировать издания по учредителям….Вряд ли такая информация есть в базе данных. Да что она даст? В большинстве случаев учредители — физические лица или редакционные коллективы, — поди, узнай, что кроется за ними…. Впрочем, этой информации у него всё равно нет. Однако, с чего- то нужно начинать, и он выписал полтора десятка названий, ориентируясь на их территориальное соседство. Сунул блокнот в карман и вышел на стоянку к своему любимому "мерседесу"…

Только на следующий день, в четвёртой редакции, ему показалось, что он нащупал возможный вариант. Еженедельник "Квадратные колёса" размещался в большой квартире на первом этаже дома довоенной постройки. Обшарпанный фасад, подъезд с плохо закрывающейся дверью… Но возле входа в дом — застеклённая витрина с последним номером газеты. Кличко с интересом просмотрел его.

Газета, вероятно рассчитанная на автолюбителей, состояла на 50 % из всевозможной информации для них, длиннющей сводки о купле-продаже старых авто. Ещё 40 % газетной площади занимала реклама, а на остальной газетной территории разместились три статьи с острой критикой московских властей.

Вячеслав зашёл в редакцию. В большой комнате, похоже, переделанной из двух поменьше, за конторскими столами работали молодой человек и 2–3 женщины средних лет. Ещё одна за столиком с компьютером сидела возле самой двери, ведущей в глубь квартиры. Слава не мог разглядеть табличку на двери, но догадался, что это кабинет шефа. На него никто не обратил внимания и Кличко, присев на свободный стул и, закрывшись газетой, стал прислушиваться к разговорам сотрудников. Только минут через десять кто-то тронул его за плечо:

— Вы кого-то ждёте? — спросила одна из женщин.

Вячеслав вежливо поздоровался.

— Жду вашего Главного, вы же сказали, что он вот-вот подойдёт.

— Я?! — изумилась женщина. — Ничего я вам не говорила! А главный — у себя. — И, повернувшись к секретарше, — Света! Разве Степаныч ушёл куда-то?

Теперь на них смотрела уже вся комната. Кличко поднялся, подошёл к кабинету и, улыбнувшись Свете, попросил её, доложить редактору, что его хочет видеть представитель Министерства. Какого именно, он умолчал.

Через несколько секунд он уже был в кабинете — крохотной комнате, некогда служившей спальней.

Кличко представился, показал служебное удостоверение, и сказал, что в ходе одного расследования они заинтересовались практикой торговли в городе подержанными автомобилями. Попросил хозяина рассказать о посреднической роли их газеты…. В ходе разговора легко поинтересовался финансовым положением газеты ("нет, нет — чистая любознательность, к вам у нас профессионального интереса нет"). Сказал, что ему понравилось острое выступление газеты о безобразном отношении властей к нуждам водителей-пенсионеров. Резкую филиппику редактора в адрес правительства выслушал внимательно, разговор не поддержал и, поблагодарив хозяина за полученную информацию, попрощался.

Что ж, почин сделан. Можно дать Лёве первый адрес. Дальнейшая разработка за ним. Ноги в гипсе разговорам не помеха. Наоборот, помогут войти в тему. Мне же, — продолжать поиск. Во-первых, одна газета на столичный регион — это мало. А во-вторых, ещё не факт, что "квадраты" откликнутся на предложение сотрудничать! Впрочем, я тоже немного в людях разбираюсь, — подумал он, открывая дверцу машины. — Откликнется Виктор Степанович, должен откликнуться!

Получил поручение и отставной розыскник Василь Иванович Костеренко. Один из той группы бывших сотрудников милиции, которых Иванов не раз привлекал для выполнения сложных работ, требующих, порой, "свободного статуса", и с которыми Пётр Николаевич переговорил ещё в больничный период инициатора новой борьбы.

Костеренко был старше Льва Гурыча, никогда не работал в его непосредственном подчинении, но знал Иванова уже почти 30 лет и питал к нему безграничное уважение и доверие. Узнав от генерала о замысле лежавшего в госпитале Иванова, Василий Иванович без колебаний заявил о готовности поддержать его.