Сначала отвести беду...

Чёрт возьми! Ведь это тоже проблема, — или действовать подпольно, или создать нечто вроде ООО "Рога и копыта" на период формирования? А какой вид деятельности заявить, если пойдём регистрировать? Нет, вернее начинать без регистрации. А как тогда деньги взять у Горькова? Из рук в руки. Но такие суммы в кармане даже мультимиллионеры не носят…. Однако, сам Горьков по этому поводу ничего не спросил. Может быть, ему ясно?

Подпольно? Но создание целой сети газет не может остаться незамеченным. Да и не в наших интересах анонимность. Напротив, эти газеты сразу должны заявить о программе своих организаторов. Иначе, зачем сыр-бор городить? Значит, на первых порах — до получения контроля, хотя бы за десятком газет, — всё-таки подпольно. А уже после одновременной программной публикации в нескольких городах, заявить о создании организации….Так будет вернее. Эту тему тоже нужно обсудить с генералом, — Лев почему-то любил называть Петра Николаевича именно так. — Прав он, юрист с соответственной специализацией нам нужен. Подобные вопросы будут всё время возникать, если их не продумывать сразу. Почему я не спросил Петра, с кем именно он советовался? Всё же, руководитель из меня пока никакой. Слава Богу, Беркутову опыта — не занимать!

Иванов присел возле компьютера. Нужно записать перечень вопросов для разговора с Петром Николаевичем….В оргбюро же, пусть пока так будет — оргбюро, — сразу же включим юриста — правоведа….Он застучал пальцем по клавиатуре….

Фрагмент 7

И всё-таки, — штаб. Организационный штаб.

Вслух эти слова были произнесены вчера, когда они собрались вместе на первое официальное заседание. Если, разумеется, не считать их разговоров с Петром, — и вчера, и позавчера, и третьего дня, когда они обсуждали, кого следует пригласить и ввести в состав штаба.

…Лев Гурыч, проделав рекомендованную ему восстановительную зарядку, расположился в облюбованном кресле у окна. Прикрыв глаза и удобно пристроив на пуфике загипсованные ноги, он воспроизводил в уме вчерашнее заседание. Официальное заседание, — потому, что появился первый протокол, который вёл секретарь, — он же юрист, старый знакомый генерала и, как выяснилось, и Льва Гурыча.

Юрист II класса Данила Григорьевич Ганжа тоже недавно стал пенсионером, охотно откликнулся на просьбу Беркутова проконсультировать его в качестве правоведа по "некоторым вопросам", чётко сформулированным Петром Николаевичем. Первое заседание, что не говори, — событие, хотя со всеми его участниками и он, и Пётр уже все эти вопросы обсуждали.

Заседали долго. Не раз ходили в кухню варить кофе и чай, съели целую банку варенья и, едва ли не килограмм сухого печенья….и всё же осталось много нерешённых вопросов. Сам протокол ещё требовалось отредактировать, — так договорились вчера, расставаясь и расходясь по домам. Сделать это должен был он, Лев. И сделать "по-умному", не всё, о чём говорили, следует записывать. Это, — как бы официальная бумага, предназначенная, если понадобится, для регистрации их объединения, статус которого в рамках дозволенного законами пока тоже не определили. Над этим обещал подумать Данила, хотя генерал и буркнул: "кому это нужно? В игрушки играемся, господа-конспираторы"…

Итак, Беркутов и Иванов, употребляя уже ставшую привычной фразеологию времени рыночной экономики, — учредители.

Когда Иванов узнал, кто именно помогал Беркутову разобраться в специальных юридических тонкостях, он без колебаний согласился, что "Данила подходит", и попросил друга переговорить с ним более конкретно. И вот, Ганжа — член оргштаба, он же взял на себя и секретарские, и бухгалтерские вопросы, заверив обоих учредителей, что разберётся с формальной стороной денежных отношений с Горьковым, хотя Иванов сразу предупредил, что контакты с магнатом будет осуществлять только он сам. Разумеется, Ганжа полностью разделял мотивы, побудившие отставных милиционеров ввязаться в политику. Вопиющая несправедливость "дикой" капиталистической действительности вызывала у него такое же неприятие, как и у них.

Четвёртым штабистом стал Алексин. Он пришёл с разработанной тематикой публикаций на первый период работы партийной печати, рассчитанной на разные уровни читательской аудитории. Особенно тщательно были продуманы стиль и тематика выступлений для молодых рабочих и для школьников. То есть, для тех, чьё сознание, моральные ценности формируются массовой "культурой" и учебниками "от Сороса". Рассказывая о своих намётках, журналист увлёкся, и подробно обосновал, почему именно он решил разговаривать с теми или иными читателями по-разному. Особенно важной он считал подачу материалов — с дерзкими рисунками, эскизы и темы которых для первых выпусков он тоже продумал, полагаясь на графическое мастерство художников местных газет.