Сочинения (с толкованием Максима Исповедника)

Непозволительно ведь для священно посвящаемых ни вообще что — либо делать[108] вопреки священным заветам своего Совершеннонача — лия[109], ни даже существовать иначе, поскольку они обращаются к самой божественной Светлости, на нее священнолепно взирают и Ее собой отражают, по мере каждого из священных умов. Потому тот, кто говорит об иерархии, являет некий полностью священный порядок, образ красоты Богоначалия, священно осуществляющий иерархическими чинами[110] и знаниями таинства своего осияния и уподобляющийся, в меру доступного, своему Началу. Ибо для каждого, кому выпал жребий принадлежать к иерархии, совершенство[111] состоит в том, чтобы, в меру своих возможностей, быть возводимым к богопод — ражанию и, что божественнее всего, стать, как говорят Речения, «со — работником у Бога»[112](1 Кор. 3:9) и выказать в себе, по возможности проявляя, божественную энергию. Так что, поскольку порядок[113] в иерархии — чтобы одни очищались, а другие очищали, одни просвещались[114], а другие просвещали, одни совершенствовались, а другие совершенствовали, богоподражание каждого зависит от соблюдения этого порядка. Божественное блаженство[115], как у людей говорится, не имеет ведь примеси какой — либо неодинаковости, исполнено вечно сущим светом, совершенно и не нуждается ни в каком совершенствовании, — очищающее, просвещающее и совершенствующее, оно скорее — само очищение, просвещение и совершенство, выше очищения, выше света и до совершенства пребывающее Само — совершенно — началие и причина всякой иерархии, от всего священного по своему превосходству удаленное.

3. Итак, я думаю, очищаемым надо становиться полностью беспримесными и освобождаться от всякой примеси неодинаковости; просвещаемым — исполняться божественного света, будучи возводимыми к способности видеть и силе во всенепорочных очах ума[116]; совершенствуемым же — делаться, покидая несовершенство, причастниками совершенствующего художества созерцаемых святынь; а очищающим[117] — с богатством очищения передавать прочим свою непорочность; просвещающим же как более прозрачным умам, способным и причаститься свету, и передать его, всеблаженно исполняемым священного сияния, — весь изливаемый на них свет посылать достойным света; а совершенство — творящим, как искусным в преподании совершенствующего, — совершенствовать совершенствуемых всесвященным научением художеству созерцаемого священного. Так что каждый чин иерархического порядка соответственно своей мере возводится к божественному сотрудничеству, совершая благодатью и благодатной силой то, что естественно и сверхъестественно присуще[118] Богоначалию и Им надсущностно исполняется и боголюбивым умам священноначально является для доступного им подражания.

Глава 4. На что указывает имя ангелов

1. Хорошо, как мне кажется, определив, что вообще такое иерархия, далее мы должны воспеть иерархию ангелов и увидеть надмир — ными очами ее священные формотворения в Речениях, чтобы с помощью плодов таинственного воображения возвестись к их, ангелов, богоподобнейшей простоте и с подобающим Богу почтением воспеть Начало всякого иерархического знания в благодарениях Совершен — ноначалию.

Прежде всего, то сказать истинно, что сверхсущностное Богона — чалие, благостью составив все сущности сущего, привело их в бытие. Это характерная особенность Причины всего и все превышающей Благости — призывать сущее к приобщению[119] Себе, как каждому из сущего[120] определено его мерой. Так что все сущее[121] причаствует Промыслу, изливаемому из сверхсущностного и всепричинного Божества, ибо его просто не было бы[122], не будь оно причастно Сущности и Началу сущего[123]. Ведь все неживое[124] причастно Ему своим бытием (ибо бытие всего — это превышающее бытие Божество), живое — Его[125] животворной превышающей всякую жизнь силе, а словесное и разумное — Его само — совершенной и пред — совер — шенной премудрости, превышающей всякие слово и ум. И ясно, что те из существ близки к Нему, что причастны Ему многообразно.