Сочинения (с толкованием Максима Исповедника)

Глава 5. Почему все небесные существа сообща называются ангелами

Вот какова, по — моему, причина именования Его ангелом в Речениях. Но надо, как я думаю, исследовать, по какой причине богословы и вообще все небесные существа[147] называют ангелами, а, переходя к выявлению[148] их надмирных порядков, ангельский чин именуют особо[149], как полностью оканчивающий[150] божественные небесные чины, перед ним, выше, помещая порядки архангелов, а также начала, власти и силы, — сколько превосходящих их существ знают выявляющие небесное предания Речений.

Мы же говорим, что во всяком священном устроении высшие чины имеют осияния и силы также и низших, но последние непричастны тому, что принадлежит их превосходящим[151]. Таким образом, святейшие порядки высочайших существ богословы называют и ангелами потому, что и они суть выявители богоначального осияния. Последний же чин небесных умов нет причины называть началами, или престолами, или серафимами, ибо он непричастен высочайшим силам. Но как он[152] наших боговдохновенных иерархов[153] возводит к ведомым ему лучам Богоначалия, так и всесвященные силы превышающих его сущностей являются возводящими к божественному завершающее[154] ангельские иерархии устроение, — если только не скажет кто — нибудь и то, что наименование «ангелы» обще для всех[155] по причине меньшей или большей причастности всех небесных сил богообразию и от Бога даваемому свету. Но чтобы наше слово было более упорядоченным, священно рассмотрим явленные в Речениях подобающие священному особенности каждого небесного устроения.

Глава 6. Каков первый порядок небесных сущностей, каков средний и каков последний

1. В каком количестве и какие существуют порядки наднебесных существ и как осуществляются их иерархии, точно[156] знает, говорю я, одно обоживающее их Совершенноначалие; кроме того и они сами знают свои силы, осияния и свое священное и надмирное благочиние. Нам же не по силам знать мистерии наднебесных умов и их святейшие совершенства, — разве лишь, скажет кто — нибудь, — настолько, насколько через них, как хорошо свое знающих, посвятило нас Бого — началие. Так что мы не скажем ничего сами от себя; но сколько было священными богословами увидено ангелов в видениях, это разузнав, мы, как можем, изложим.

2. Всего богословие назвало выявляющими именами девять[157] разрядов небесных существ (см. Иуд. 9; Ефес. 1:21; Кол. 1:16; 2:10). Божественный наш священносовершитель[158] разделяет их на три троичных устроения. И первое[159], говорит он, пребывает всегда около Бога, близко[160] к Нему и прежде других, непосредственно, согласно преданию, соединяется с Ним. Ибо святейшие престолы[161] (см. Кол. 1:16) и многоокие и многокрылые чины, именуемые на еврейском языке херувимами и серафимами, помещаются в превышающей всех близости, непосредственнно[162] около Бога, — как передает, говорит он, изъявление священных Речений. Этот вот троичный порядок наш славный наставник[163] называл единой равночинной и воистину первой иерархией, богообразней которой и более близкой к первичным осияниям Богоначалия нет. Вторую, говорит он, составляют власти[164], господства и силы, а третью, состоящее из последних чинов среди небесных иерархий — устроение ангелов, архангелов и начал.

Глава 7. О серафимах, херувимах, престолах[165] и о первой, их иерархии