Солдаты Родины: Юристы - участники войны [сборник очерков]

— Что на это можно ответить? — улыбнулся он. — Я считаю, есть очень много, казалось бы, абсолютно мирных профессий, которые гораздо больше связаны с риском для жизни. Например, летчик, моряк, шофер. Или, скажем, сталевар. А шахтер? У нас же работа как работа. Конечно, элементы риска в ней есть. Но гораздо больше труда, труда напряженного, порой даже изнуряющего. А стреляют в нас не так уж часто. Например, при задержании группы «отравителей» был определенный риск, все преступники имели оружие. Но мы уверенно шли на задержание, не опасаясь, что в нас будут стрелять. Во-первых, не сомневались в своих силах, а главное, в правоте своего дела. Во-вторых, рассчитывали, что ни один из преступников оружие не применит. Это основывалось на тех данных о личности преступников, которыми мы располагали. По сути своей все они были трусами.

Хотя приходилось встречаться и с риском.

Какое-то время тому назад (в моем возрасте время бежит так, что, кажется, прошла целая вечность…) в одной из труднодоступных местностей действовала вооруженная группа в составе нескольких человек. Правда, до убийств дело не дошло, а грабежи, насилия на их совести были. По поступившим к нам данным, главарь соглашался на явку с повинной, но предварительно хотел обговорить условия сдачи. Мне поручили пойти на встречу с ним.

И я поехал в забытый богом, закинутый куда-то в поднебесье аул. По инструкции оружия брать с собой не полагалось. А когда вошел в саклю главарь группы с сопровождавшими его лицами, то я увидел, что они буквально увешаны оружием. Возможно для устрашения, а скорей всего для самоутверждения. Я один, а их трое, и все вооружены, как говорят, до зубов. Тут риск, конечно, был.

С нашей стороны условие было одно: сдаваться без всяких условий. А главарь хотел что-то выторговать. Поэтому переговоры закончились безрезультатно. Уезжал я из аула под дулами автоматов. Это тоже, по-видимому, была эффектация.

Но не обезвреживать преступников нельзя. И мы приняли решение ликвидировать группу. Через несколько дней мы накрыли ее. Этому предшествовала тщательная подготовка. И опять: риск был, а выстрелов не было…

После увольнения из МВД по возрасту В. Г. Дергачев работает старшим юрисконсультом одного из предприятий Москвы. Но связи с уголовным розыском не теряет. Его часто приглашают на встречи с курсантами милиции, молодыми сотрудниками уголовного розыска поделиться своим богатым опытом. Полковник милиции в отставке В. Г. Дергачев — активный член Совета ветеранов МВД СССР.

8 мая 1985 года, в канун сорокалетия великой Победы, вновь соберутся в музее боевой славы 2-й спецшколы ветераны. Соберутся, чтобы вспомнить военные годы, свою юность, не вернувшихся с войны товарищей.

Каждый из них, ветеранов, делает сегодня все для того, чтобы тучи войны никогда больше не покрывали небо нашей планеты, чтобы никому и никогда больше не пришлось оплакивать ушедших в бой и не вернувшихся друзей…

Солдаты Родины

Генералов Иваненко и Сергеева я знаю давно. Судьбы их кажутся мне схожими, и в чем-то характерными для всего нашего поколения. Главное, что объединяет этих людей — испытание войной, выбранная профессия, партийность.

Оба родились в 1923 году, первом мирном году Советской республики после окончания гражданской войны, и, воспитанные на героике тех лет, они прошли суровую школу Великой Отечественной войны. На фронте были комсомольскими вожаками, вступили в партию Ленина. Удостоены боевых наград, обоих миновали пули и осколки, не задев их ни разу. Наконец, закончили Военно-юридическую академию и более пятнадцати лет возглавляли трибуналы окружного звена.

Федор Федосеевич Иваненко в 1940 году окончил десятилетку и поступил в Краснодарский сельскохозяйственный институт. Однако вскоре понял, что его судьба — армия, и в марте сорок первого по путевке комсомола пошел в Орджоникидзевское военное училище связи.

Осенью 1941 года очень тяжелое положение для наших войск сложилось под Ростовом-на-Дону. Для помощи войскам на фронте из нескольких училищ сформировали 15-ю отдельную стрелковую бригаду. Курсантов предупредили, что экзамены на звание среднего командира они будут сдавать на передовой. Вот с ноября сорок первого и по День Победы курсант, а затем офицер Иваненко «сдавал экзамены», которые для него воплотились в 1230 дней и ночей на войне.

Вначале его назначили заместителем политрука роты, потом освобожденным секретарем комсомольского бюро отдельного батальона связи. В июне 1942 года ему присвоили звание младшего лейтенанта, а вскоре он стал командиром телефонно-телеграфного взвода этого же батальона. Началась строевая служба связиста.