Солнце в воротах храма. Япония, показанная вслух

В итоге вместо назначенных ему 15 лет он провёл на российском Дальнем Востоке аж 18. За эти годы он успел собрать уникальную коллекцию песен и речи айнов, записал целый сборник мифов и легенд айнского фольклора, составил с нуля три уникальных словаря неизвестных доселе языков (10 тыс. слов айнского, 6 тыс. нивхского и 2 тыс. языка орочей), а также запечатлел на фотографиях все типы сахалинских аборигенов, их быт, жилища, основные обычаи и обряды.

В 1903 г. Пилсудский получил медаль от Географического общества за колоссальный вклад в дальневосточную этнографию. И лишь после этого, уже в конце 1905 г., наконец вернулся в родную Польшу. Но уже не через Россию, – а через Хоккайдо и США.

Последний год жизни Пилсудский провёл в Париже, где при невыясненных обстоятельствах утонул в Сене. Современники полагали, что он покончил с собой. Что само по себе звучало не удивительно: после всего пережитого – нетрудно представить, какой непроглядный мрак мог царить у этого человека в душе.

Тем более что в последние годы каторги его интерес к айнам перестал быть «сугубо научным». В мае 1902 г., во время очередного обхода острова, Борис Осипович оказался в селении Ай. Там жил главный айнский староста Сахалина – Киму́ра Богу́нка, авторитет которого распространялся на весь остров. Воспользовавшись его гостеприимством, этнограф решил пожить там какое-то время и продолжить исследование айнов. В итоге он познакомился ещё и с племянницей айнского старосты. Через год эта девушка, Чухсанма́, родила ему сына Скэдзо́, а потом и дочь Ки́э.

После каторги он пытался забрать семью из селенья, но суровый айнский староста этого не позволил. Увидеть свою дочь Борису Осиповичу так и не довелось. Сегодня все потомки как сына, так и дочери Пилсудского – официальные японские граждане, живущие на Хоккайдо.

В 1946 г. именем Бронислава Пилсудского назвали гору на острове Сахалин. Японцы и айны в свои времена называли её «Татэгасэя́ма». Каждый год туристы устраивают восхождения на неё. Я и сам пару раз поднимался. Вроде и невысокая, всего 400 метров. Но поразительных строгости и красоты.

Мифология айнов

Самое оригинальное из айнского фольклора, что я встречал на русском языке, – это книга Пилсудского «Фольклор сахалинских айнов», которую он закончил собирать по записям со своих восковых валиков и послал в Географическое общество в 1903 г. В СССР она издавалась по крайней мере дважды, а недавно её переиздали снова, год 2002, место издания – мой родной Южно-Сахалинск. И теперь этот бесценный кладезь, всем на радость, можно совершенно бесплатно читать в сети.

Причём – обратите внимание: теперь, в сетевой версии книги, к текстам на русском добавлена ещё и айнская транскрипция. То есть можно проговаривать всё на айнском языке, если кому захочется. Рекомендую попробовать – очень необычное ощущение.

Эти сказки и песни Пилсудский начал записывать осенью 1902 г. на восточном побережье Сахалина, куда выехал со своим фонографом на айнские медвежьи праздники. Окунувшись в фантастическую сокровищницу айнского фольклора, он был настолько поражён богатством услышанного, что собирался остаться там ещё на год, чтобы по-настоящему во всём разобраться. В это время он писал своему коллеге и учителю Л. Я. Штернбергу: «Главным образом записываю сказки, предания, песни: имею уже сто с лишним сказок, до 30–40 преданий, 15 «хаюки» (песен о старых войнах), любовных несколько песен, колыбельных, во время плясок, во время работы и т. д. Чем дальше, тем больше хочется накопить, использовать всё и тогда только делать общие выводы. Я не прочь был бы остаться ещё на год среди айнов… работы хватит!»

Каждая история из этой книги – уникальный пример того, как у древних айнов работала голова. С нашим менталитетом, что говорить, даже не сравнить. Вот, например, моя любимая:

Жила одна женщина. Однажды в её дом зашёл очень бледный мужчина и женился на ней. В один прекрасный день заявил, что идёт дрова рубить, взял топор и вышел из дому.

Вскоре услыхала женщина какой-то странный голос. Вышла она на двор и вот что ясно услышала: «Я – снег, и сейчас растаю».

И действительно, на склоне пригорка женщина увидела тающий снежный комок.

Тогда-то она и поняла, что муж её был снегом-мужчиной.

Эту сказку я раньше встречал на Сахалине и в других вариациях, где пояснялось: «поняла» в последней строке означает, что она «забеременела».