Солженицын и действительность

С 1918 года существует в виде советов лживый демократический фасад государства Ленина. Советы превратились в кнут для угнетения населения. О какой реальной власти советов в руках коммунистов мечтает Солженицын? Быть может он надеется, что класс государственных капиталистов прислушается к мнению трудящихся и допустит выразителей их интересов в советы? Но если вопреки очевидности это произойдёт, то карьеристы бросятся защищать насиженные места, спровоцируют скандал, смельчаков посадят в тюрьмы или расстреляют, и прежний порядок немедленно восстановится. Если бы красноречие Солженицына убедило «вождей» (Прошу читателя извинить меня за несуразное допущение) попробовать не душить в зародыше пожелания, а затем и требования трудящихся, то практика столкновения в советах противоположных сил привела бы к образованию стихийного движения угнетённых. Такая перспектива для «вождей» страшнее появления организованной партии, которую легко выловить, оклеветать, прихлопнуть. Народное движение — кошмар режима. Если даже 100 000 из 230 миллионов угнетённых смогут организованно выступить против 20 миллионов угнетателей, то почва закачается под их ногами. «Вожди» реально это представляют, и, в этом случае, Солженицын не ошибся, назвав их реалистами.

28. По чьей вине долго?

«Долго, но — не вечно». (42)

Режим будет долго существовать,

— если Запад не изменит своей политической линии в отношении стран с так называемыми коммунистическими режимами и не перестанет спасать СССР экономически;

— если такой «реалист» как Солженицын, к голосу которого прислушивается весь мир, будет продолжать высказываться о нежелательности революции в нашей стране;

— если представителей угнетённого населения будут травить и зажимать им рот;

— если плодотворные идеи и решения будут замалчивать и прятать от людей, а беспочвенные предложения освоения Северо-Востока под руководством класса партийных бюрократов будут распространять в миллионах экземпляров;

— если Запад не создаст института экспертов, где специалисты разных научных отраслей смогут изложить свои предложения и выслушать критику;

— если большинство издательств, радио, телевидение будут в руках тех, кто не допускает до читателя, слушателя, зрителя всё, что им не по нраву;

— если спасением нашего отечества будут заниматься люди, уверенные в своей исключительности, и люди малого калибра, которые пуще всего боятся потерять положение и репутацию;

— если не вооружиться верными идеями, а продолжать плестись вот уже скоро 60 лет с нулевыми результатами по избитым дорожкам.

29. «Бей в барабан и не бойся беды»… (Гейне)

«…из русской истории стал я противником всяких вообще революций и вооружённых потрясений, значит, и в будущем тоже»… (43)

Дурной пример подал Солженицын своим современникам.

Я ценю Солженицына как романиста, описавшего ряд событий после катастрофы в нашей стране. Но неужели исследователь этого периода может осудить все вооружённые возмущения нашего народа?

Разве в русской истории нельзя оправдать соляные и медные бунты, возмущение стрельцов против Петра Первого, восстания Стеньки Разина, Пугачева? Едва ли в прошлом народ должен был всегда безропотно гнуть спину? Неужели не надо было подниматься крестьянам в 1918–1921 годы с вилами против пулемётов продотрядов? Разве ошибкой была гражданская война, а также сотни мятежей (как Кронштадтский и Тамбовский) и восстания времён коллективизации? Что ж, лучше было подобострастно лизать руки палачам?

Человек не избавлен от первородного греха. Поэтому постоянно кто-то кого-то угнетает, изводит, преследует. Обиженным приходится обороняться и подчас браться за оружие.

Только революции дадут избавление от тоталитарных режимов.

30. Заход с червей

«Всяким поспешным сотрясением смена нынешнего руководства (всей пирамиды) на других персон могла бы вызвать лишь новую уничтожающую борьбу и наверняка очень сомнительный выигрыш в качестве руководства». (43)

Итак, качество руководства «вождей» столь хорошо, что лучше не сыщешь! Как говорили воры на каторге, Солженицын «зашёл с червей», то есть сказал большой комплимент «вождям».

Видимо, Солженицын смешивает «поспешное сотрясение» с дворцовым переворотом. После смерти Сталина убрали Берия, который с головы до ног был в крови своих жертв, позже легкомысленного Хрущёва. Но вряд ли в наши дни при коллективном руководстве Брежнева сможет произойти дворцовый переворот.

Ещё более непонятно, если под «поспешным сотрясением» Солженицын разумеет революцию, ибо народная революция стране необходима, чтобы покончить с господством класса партийных бюрократов и с их идеологией.

Народу следует помочь разобраться в современной обстановке, и это должны сделать те, кто от него не оторван и борется за его освобождение.