Солженицын и действительность

Опасность вторжения красных китайцев в СССР возможна лишь в случае, если болезненно затянется замена класса партийных бюрократов подлинными представителями народа. Перспектива единой империалистической державы на территории КНР и СССР означала бы всеобщее порабощение. Поэтому можно надеяться, что у США, объединённой Европы, Японии, будущего правительства России, а также у других стран хватит решимости заявить совместный ультиматум. Ради спасения своих детей свободный мир, я надеюсь, не пойдёт на самоубийство и без войны освободит человечество от кошмара тоталитаризма, а многострадальный китайский народ от безысходного рабства.

4. Игра в товарищи

«И это письмо я пишу в предположении, что такой же преимущественной заботе подчинены и вы, что вы не чужды своему происхождению, отцам, дедам, прадедам и родным просторам, что вы — не безнациональны»[5] (7).

«Я думаю даже и вы не способны взять на себя такую ужасную ответственность!» (14)[6]

«Национальным руководителям России… опираться на патриотизм»… (38)… «наше русское!» (39)

«Если вы всем сердцем принадлежите к нему (к народу — ДП) — для вас и колебаний не должно быть!» (49)

Я читал эти заклинания Солженицына и твердо был уверен, что его ирония в отношении руководите-лей Кремля будет раскрыта им самим. Я — ждал разоблачения этой шутки, написанной по правилам игры, придуманной при деятельном участии Солженицына в нашем маленьком микробратстве на каторге. В те времена (1947 — 1952) среди заключённых ещё попадались правоверные марксисты и корчившие из себя прямых сталинистов. Разговаривать с ними было опасно, так как большинство несло службу доносчиков. Коротая время, мы задавали такому марксисту с невинным видом каверзные вопросы, заранее расставляя силки. Нам легко было одержать победу над ложными догмами и лозунгами марксизма-ленинизма.

В настоящее время почти треть человечества, с Брежневым во главе, ежедневно в разных вариантах, включающих также официальные выступления, занимается подобной игрой. Игроки произносят механически заученные фразы, в которые давно не верят.

Я был убеждён, что Солженицын тоже играет, говоря о «Хрущёвском чуде» и взывая к совести «вождей». Я настолько верил в это, что опубликовал даже рецензию[7] в поддержку замысла Солженицына, построенного, как я думал, по канонам нашей лагерной игры. Поэтому в моём отзыве я защищал то немногое из «Письма вождям», что можно отстаивать, и тщетно ждал его продолжения. Но не дождался. Итак, с игрой и шутками покончено.

Недопустима сама мысль о способности «вождей» принять во внимание интересы народа. Класс партийных или государственных капиталистов, которых Солженицын величает вождями, возник в СССР в октябре 1917 года. В его руках сосредоточено всё богатство страны. Поэтому население лишено частной собственности, инициативы, свободы, демократии. Поддерживать такое положение возможно лишь путём непрерывного террора и обмана. Задача класса: любой ценой удержаться у власти. Этому стремлению подчинены все его действия. Для «вождей» порабощённое население — источник дешёвой рабочей силы и дохода.

Любая диктатура и деспотия могут быть уподоблены пирамиде, в которой угнетение распространяется сверху вниз. Моральный уровень угнетателей и угнетаемых легче понять, если представить мысленно пирамиду, опрокинутой вершиной на довольно большую глубину океана. Вершина попадет в слой, где смогут жить только глубоководные чудовища, последующие этажи пирамиды погрузятся в слои для глубоководных рыб, основание пирамиды коснется поверхности океана с нормальными рыбами.

На вершине и прилегающих этажах пирамиды царит абсолютный аморализм. Он несколько ослабевает в следующих этажах, но достаточно силён у основания пирамиды в результате идеологической обработки угнетаемых. Рыба, которую стремительно переместят в глубокие слои, будет раздавлена напором воды. Нормальный человек тоже не может попасть в верхние этажи пирамиды и там прижиться, а если чудом туда попадёт, то будет немедленно изгнан и уничтожен. Но такое чудо произойти не сможет, так как честного человека отсекут на уровне районного комитета партии. Поэтому непонятно обращение Солженицына к «вождям», прошедшим столь строгий и специфический отбор.

5. Защита прогресса

а). Страшен регресс, а не прогресс.

По мнению Солженицына «весь „бесконечный прогресс“ оказался безумным напряжённым нерассчитанным рывком человечества в тупик. Жадная цивилизация „вечного прогресса“ захлебнулась и находится при конце». (19)

Критиковать прогресс легко, сделать в него ценный вклад очень трудно. Прежде, чем начать отрицать прогресс или ставить его под сомнение, полезно вспомнить о тех, кому сегодня не хватает пищи, одежды, кто подвергается тяжёлой эксплуатации, кто живёт в трущобах, в гиблых местах…, и о тех, кто под коммунистическим режимом только мечтает о свободе, кому не позволяют думать, как он хочет, кого истребляют как насекомых…[8]