Социальная философия: учебник для вузов

Каждая форма общественного сознания имеет не только собственный объект (предмет) отражения, но и специфические методы этого отражения, познания объекта. При этом даже в том случае, если объекты познания вроде бы совпадают, формы общественного сознания различаются по цели его исследования, и именно это различие предполагает специфические методы исследования и уникальные, характерные только для данной формы общественного сознания, результаты, продукты познавательной деятельности.

Сравним еще раз науку с такой формой общественного сознания, как искусство. Известно, как часто и с каких разных сторон исследуется сердце в литературе, в особенности в поэзии. Сердцем интересуется и наука, причем не только такая отрасль медицинской науки, как кардиология, но и такая, как теория колебаний и волн. Однако сердце интересует исследователей в каждом конкретном случае во вполне определенном ракурсе. То, что поэт называет сердцем, привлекает его своей неисчерпаемостью, способностью излучать широчайший спектр эмоций – любить и ненавидеть, радоваться и тосковать и т. д. (Вспомните: «Спасибо, сердце, что ты умеешь так любить» или «То сердце не научится любить, которое устало ненавидеть».) Совсем в других целях, разумеется, изучает сердце кардиология: ее интересует анатомия и физиология телесного органа в норме и патологии, способы сохранения нормы и возвращения(в случаях заболевания) от патологии к норме. А теорию колебаний и волн сердце интересует уже по третьему поводу и не больше, чем некий аналог колебаний поверхности океана или земной коры: для обнаружения общих закономерностей колебательных и волновых процессов и выведения соответствющих уравнений.

Дифференциация и интеграция научного знания

Важнейшими закономерностями развития науки являются дифференциация и интеграция научного знания. По мере количественного и качественного роста информации требуется все большая специализация ученых. Вот почему, раз начавшись, процесс дифференциации продолжается и по сей день, приводя ко все большему дроблению единого тела науки на все более специализированные области.

Например, некогда единая физика подразделилась на механику, астрономию, собственно физику, в лоне которой насчитывается уже не один десяток подразделений (физика твердого тела, атомная физика, физика плазмы и т. д.), и два четких вертикальных уровня – экспериментальную и теоретическую физику. Более 300 относительно самостоятельных научных дисциплин насчитывает сегодня в своем составе медицина. Такая картина характеризует в принципе любую современную науку.

Дифференциация научного знания в самой существенной степени обусловлена особенностями человека как субъекта научного познания. Речь идет о том, что знание вообще и научное знание в частности может порождаться лишь теми способами и средствами, которые определяются конституцией человека, его интеллектуальными и психофизиологическими характеристиками, такими, как объем памяти, устройство и разрешающая способность органов чувств и т. п. Конечно, люди различаются по этим характеристикам, которые к тому же могут быть в довольно широких пределах развиты путем воспитания и тренировки. Бесспорно и то, что человек создает различные технические средства, пользуясь которыми он расширяет диапазон своих познавательных возможностей. Тем не менее в процессе порождения знания познаваемое содержание должно быть «спроецировано» на специфически человеческий аппарат познания, т. е. быть соразмерно человеку, его возможностям.

Дифференциация научного знания носит в целом прогрессивный характер, способствуя углублению процесса познания, совершенствованию специальной методики и арсенала познавательных средств, применяемых каждой конкретной наукой. Но она имеет и теневую сторону: чрезмерная дифференциация заслоняет от исследователя цельный образ изучаемого предмета, характеризующие его общие закономерности. Абсолютизируются и стыки между смежными областями знания, в результате чего каждый объект рассматривается как чересчур автономный, рядом с другим и независимо от него.

Эти недостатки дифференциации восполняются и уравновешиваются противоположно направленным, центростремительным процессом интеграции. Свое наглядное выражение сегодня интеграция находит в возникновении и бурном развитии «стыковых» научных дисциплин – биохимии, кибернетики, биофизики, геохимии, экологии и т. д. Было бы неверно разрывать процессы дифференциации и интеграции во времени: на первых-де этапах налицо дифференциация, а вот когда она обнаруживает свои недостатки, в порядке компенсации появляется интеграция. Нет такого исторического этапа в развитии науки, который можно охарактеризовать только процессом дифференциации или только интеграцией, хотя на каждом из этих этапов доминирующим является какой-то один из этих процессов.