Социальная философия: учебник для вузов

Взаимодействие объективных условии и субъективного фактора находит свое выражение в том, что историю творят люди, но творят не по своему произволу, а будучи вписанными в определенные объективные условия.

В структуре субъективного фактора различают в качестве основных организационный и идеологический компоненты. Это значит, что чем организованней выступают люди, чем глубже осознаются ими стоящие задачи и пути их решения, тем плодотворнее их практическая деятельность. Свобода есть познанная необходимость: чем лучше познал человек законы природы и общества, тем свободней он в своей деятельности (разумеется, в рамках общей зависимости от этих законов).

Деятельность субъективного фактора придает законам общественного развития субъектно-объектную природу. Это означает, что данные законы не просто реализуются субъектом после их осознания, но сами включают в свое объективное основание определенные субъективные составляющие.

Следует согласиться с точкой зрения Л.Г.Олеха, акцентировавшем внимание на том обстоятельстве, что социальный закон не обладает «железным характером», что по отношению к нему категорию «необходимость» следует применять предельно корректно, что его специфика состоит в его вероятностном статусе [27] . Включенность субъективного фактора в исторический процесс позволяет лучше понять причины необратимости самого этого процесса. Реализуя на данном этапе тот или иной закон, люди так видоизменяют объективные общественные условия, что возврат к предшествующему состоянию становится уже невозможным. Становится понятней и более резкое выражение необратимости в сфере общества по сравнению со сферой природы. Ведь если даже о «круговороте веществ в природе» мы не можем говорить без некоторых погрешностей, то от «круговорота в обществе» сразу отдает ненаучностью.

Таким образом, хотя социальные изменения во многих отношениях представляют собой естественно-исторический процесс, последний, в отличие от своего аналога в природе, не исключает активности социального субъекта (более того, предполагает ее) и включает в себя систему выбора. Это имеет самое прямое отношение и к выбору эволюционного или революционного варианта перехода к новой общественно-экономической формации в той или иной конкретно-исторической ситуации.

Здесь напрямую выходим на вопрос о многовариантности исторического развития. Применяемый традиционно в таких случаях термин «альтернативность» представляется нам неточным, ибо в периоды кризиса социальной системы, в так называемых точках бифуркаций возникают, как правило, не два, а большее количество возможных вариантов дальнейшего развития. Вот и сейчас в России налицо три основных варианта на будущее: 1) номенклатурно-мафиозный, и к тому же компрадорский, капитализм; 2) социально-ориентированное общество с многоукладной экономикой; 3) фашистское государство с его монопольным контролем над экономикой.

Волюнтаризм

Трудности теоретического овладения рассмотренным выше парадоксом исторического процесса приводят к тому, что мы зачастую в процессе наших размышлений (а затем и действий) осознанно или неосознанно разводим основополагающие стороны этого парадокса, а затем абсолютизируем одну из них.

И тогда в качестве одного из возможных вариантов «разрешения» парадокса появляется волюнтаризм (от лат. voluntas – воля), объявляющий просто несуществующей одну из сторон парадокса – объективный характер законов общественного развития. По сути дела перед нами феномен субъективно-идеалистического толка, который возводит в абсолют волю субъекта, его свободу и сводит к нулю необходимость, т. е. зависимость деятельности субъекта, ее результатов от объективных законов общественного развития. В истории революционного движения волюнтаристами были народники в России и других странах, эсеры, сегодня таковыми являются различного рода ультралевые, анархистские движения на Западе. Значительные элементы волюнтаризма встречались и до сих пор дают о себе знать в социально-политической практике нашей страны в виде игнорирования объективных условий и попыток волевого, произвольного решения назревших проблем. Так, именно на волевой основе, а не на основе экономической целесообразности, в течение многих десятилетий строились взаимоотношения государства с предприятиями, причем не только с так называемыми «общенародными», но и с колхозно-кооперативными. В результате подрывались условия для нормального производства, научно-технического прогресса и т. д.