Социология: Левиафан и дитя

Так каковы тарифы патриотизма? Коммунистическая идеология в СССР эти тарифы, по крайней мере, официально отрицала (раздавая пайки подпольно). Очевидно, именно поэтому коммунистическое бескорыстие 70 лет трещало по швам, пока, наконец, не лопнуло. И тогда новообращенные капиталисты заговорили о тарифах, – как для ЖКХ, так и для патриотизма. Актуальными стали призывы обеспечить чиновникам, полицейским, судьям, банкирам, врачам и учителям такие зарплаты, чтобы их патриотические аппетиты были полностью удовлетворены. Как измерить аппетиты человека? Сколько ему надо, чтобы родину любить? Похоже, патриотизм опять пришел в полное капиталистическое негодяйство.

Знаменитые 10 заповедей Моисея – это исторически один из первых Кодексов Патриотизма, который нам известен. Представлять Моисея космополитом, гуманистом и монотеистом – это не более чем простодушие и невежество. Моисей был национальный вождь евреев. Он ненавидел египтян, готовил свой народ к завоеванию Палестины, а понятия «гуманизм» в его времена не было и в помине. Человечество состояло из разрозненных, враждебных племен, многие из которых даже не догадывались о существовании друг друга. Что касается монотеизма, то со стороны Моисея было бы невероятно нахальным и бессмысленным утверждать, что все боги, включая древнейших богов Египта и Вавилона, есть выдумка, и только один бог настоящий – Яхве, явившийся ему в пустыне и говоривший с ним из горящего куста. Даже в псалмах Давида все еще можно услышать отголоски политеизма.

Яхве есть воплощение национального патриотизма для племени, затерявшегося в Синайской пустыни, и только он, бог-патриот, может дать евреям родину (землю обетованную). Это написано черным по белому в Пятикнижии. Собственно, с этого начинается 1 заповедь первой скрижали. Служить чужим богам – значит совершать предательство национальных интересов. Поэтому 2 заповедь с этой же скрижали гласит: «Не сотвори себе кумира». Еще совсем недавно (по историческим меркам) в СССР борьба с космополитизмом заключалась именно в низвержении несанкционированных властью кумиров из враждебного мира. Заметим, кстати, что «движение маккартизма» в США тоже велось под этим лозунгом. К параллели между СССР и США мы еще не раз вернемся.

Вторая скрижаль Моисея была посвящена нравственным запретам. Уж они-то, кажется, являются несомненно космополитными и гуманистическими. Да, - в той мере, в какой они универсальны для всего рода людского. Но Моисей – национальный вождь, а вовсе не учитель человечества. Лгать, красть, убивать, прелюбодействовать и завидовать – это, прежде всего, не патриотично. Народ, который так с собою поступает, губит себя сам. Нравственность – это просто здравый смысл, возведенный в ранг коллективного утилитаризма. Действия любого члена общества, приносящие вред именно этому и, возможно, только этому обществу, признаются безнравственными внутри общества. Ренегатство осуждается лишь со стороны того государства, которое предали. На противоположной стороне перебежчика объявляют героем (как, например, в истории Сноудена). Так появляются семейная мораль (ведь семья – это уже общество), корпоративная этика, классовая добродетель, национальная преданность. А теоретически венчает все эти субморали общевидовой гуманизм Гомо сапиенса, до которого Моисею, вообще говоря, не было никакого дела.

Поскольку социумы, в которых живет человек, вкладываются друг в друга как матрешки, то и его мораль оказывается полиорбитальной как положение электрона в атоме. Нравственный выбор человека в конкретном случае зависит от того, в какой орбитали он сам себя воспринимает. Древнекитайский теоретик патриотизма Мо-цзы выдвигал, например, такой постулат: «Если отец украл овцу, сын должен донести на него». Понятно, что здесь государственный, общенациональный патриотизм вступает в противоречие с патриотизмом семейным. Нравственный выбор сына в этой ситуации есть субъективный выбор орбитали, на которой он хочет остаться. Он должен решить, что ему дороже: семья или родина.

Ну, а ради чего его отец украл овцу? Не ради семьи? Не проявил ли он тем самым высочайший фамильный патриотизм, спасая от голода своих потомков? Так, сила и живучесть мафии заключается именно в фамильном патриотизме. А выживание и процветание нации в целом – в племенном патриотизме. Об этом и говорил Моисей. Идеальный народ – это народ-мафия, где все – за одного и один – за всех.