Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

Одним из характерных показателей воздействия «национально ориентированных» перемен, осуществленных в советской политике в период Великой Отечественной войны, является их оценка противником. Власти Третьего рейха с 1942 г. отмечали усиление «советско-русской пропаганды», в которой звучала «сильная патриотическая и национальная нота», построенная на использовании русского национального фактора[636], — в ней использовались «священные национальные чувства, традиции русской истории и ее национальное величие»[637]. Нацисты выявили, что советская пропаганда «избегает неуклюжего возвеличивания большевизма»[638], внушая народу, что война направлена не на «спасение большевизма», а является «Отечественной оборонительной войной против оккупантов»[639]. Так, национальный фактор широко использовался в передачах советского радио для Эстонии, проявлявшийся в «признании достижений и положительных качеств эстонца». В октябре 1943 г. Г. Гиммлер в своей речи перед сотрудниками СС высоко оценил изменения в советской политике. Он отметил, что «Сталин знает этот свой народ лучше всего» и поэтому говорит советским гражданам: «Сейчас вы должны терпеть, а потом будет лучшее государство. Немцы гораздо хуже, чем Сталин»[640].

В 1943 г. оберайнзацфюрер СС В. Рейхард[641] в статье «Цели и содержание большевистской военной агитации»[642] писал: «Большевистские руководители были в достаточной мере реальными политиками, чтобы понять, что пропагандированием предлагаемого социалистического или коммунистического рая на земле можно, пожалуй, поднять производительность, но что для того, чтобы держать в руках народные массы в случае войны, нужны… другие лозунги». Автор статьи считал, что в этом лидеры СССР «взяли пример с Германии». Он отмечал, что «Сталин… вдохновляет… всю эту отвратительную национальную шумиху». Немецкий военнопленный, ефрейтор вермахта Э. Брист, говорил на допросе 22 ноября 1943 г.: «Момент, общеизвестный в Германии — определенная перемена, происшедшая в России, а именно — переход от интернационализма к национализму. Русский человек ведь не только коммунист — он, прежде всего, русский. Сталин продолжил то, на чем остановился Петр Великий. Говорят, что Сталин ведет чисто русскую политику… [В]место интернационализма наступил сильный русский национализм»[643]. В изданном в те же дни (26 ноября 1943 г.) документе абвера («Меморандум Райнхардта») говорилось, что «с помощью направленной пропаганды „Отечественной войны“ Сталину удалось [добиться] невиданного за прошедшие 20 лет единства активных сил советской империи… Сейчас не один Сталин с маленькой кликой борется за осуществление бывшей всегда чуждой народу идеи мировой революции. Сейчас весь русский народ борется за сохранение своего свободного Отечества»[644]. Брошюра «Политическая задача немецкого солдата в России в разрезе тотальной войны» гласила: «Большевики с очевидным успехом апеллировали к национальному чувству русского народа»[645]. Германская служба пропаганды «Винета» в апреле 1944 г. отмечала, что «советская агитация и пропаганда прилагает усилия, чтобы возродить в армии и населении дух русского национализма и патриотизма, с целью воспитать готовность к самопожертвованию и лишениям ради родины»[646]. В таких заявлениях звучало признание высокой эффективности советской национальной политики.

Германские власти считали, что политика СССР стала напоминать политику дореволюционной России. Однако воздействие советской политики на народ оказалось более сильным, потому что СССР «не только имеет армию, которая технически оснащена лучше царской армии, но также и… коммунистические лозунги, которые часто маскируются под „национальные“», с помощью которых «возможность деморализации других наций гораздо сильнее, чем у царской политики»[647]. Командование армейской группы «Курляндия» в марте 1945 г. отмечало, что «Сталин мобилизовал духовные резервы своих народов», а именно — «те духовные резервы, которые он до этого осуждал как реакционные и направленные против большевистской революции: любовь к родине, традиции (форма, ордена, звания, „матушка-Россия“, дух народности, церковь), поощряя тем самым… тщеславие, гордость и дух сопротивления. Этим изменением политической и идеологической линии… Сталин добился успеха»[648].