Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

Деятельность бандповстанцев оказывала негативное воздействие на жизнь мирного населения западных территорий СССР. Жители Западной Украины были «крайне запуганы и терроризированы», председатели сельсоветов отказывались выходить на работу ввиду «боязни бандитов». По сообщениям прокуратуры Латвийской ССР, к июню 1945 г. в отдельных уездах республики бандповстанческие группировки «парализовали» мирное население. Отмечалась общая усталость гражданского населения от деятельности бандповстанцев — «крестьянам надоела беспрерывная стрельба, беспокойство, грабежи и т. д.», и поэтому, по данным советских властей, многие местные жители «жаждали, чтобы это скорее закончилось», «ожидали ликвидации националистических банд»[1186]. Таким образом, деятельность бандповстанцев привела к возникновению на западных территориях СССР ситуации, которая имела отдельные характеристики «гражданской войны».

Отметим, что подобие «гражданской войны» еще в период оккупации имело противостояние различных политических и военных групп, в которых принимало участие население западных регионов СССР, — в первую очередь советских партизанских отрядов и местных коллаборационистских формирований. Комиссар Латышской партизанской бригады О. П. Ошкалнс вспоминал: «Пришлось нам столкнуться с латышскими фашистскими частями… ругались с ними на латышском языке, по-латышски кричали друг другу, что надо подойти ближе. Наши ребята закричали: „Иди, иди поближе, если ты такой герой“. Они ответили: „Мы идем“. Мы как дали им, много их положили». В другом случае: «Вдруг нас обстреливают, человек семьдесят латышей идут в наступление. Мы не успели сделать на них налет, как они пошли на нас… Поругались опять по-латышски». После того как коллаборационисты были разгромлены, латышские партизаны «достали у них документы», и тогда О. П. Ошкалнс обнаружил, что «среди этих латышей на стороне… противника Брицис Петр из Лепнинской обл. Абренского уезда»[1187] — его бывший ученик[1188]. В Белоруссии советские партизаны к перебежчикам из числа местных коллаборационистов относились недоверчиво и в большинстве случаев их убивали[1189].

Хотя борьба с повстанцами была развернута сразу же после освобождения оккупированной территории СССР, она долго не могла достичь результатов. Так, в декабре 1944 г. первый секретарь ЦК КП(б) Украины Н. С. Хрущев отмечал следующие недостатки в борьбе с повстанцами на Западной Украине: «Партийные организации проводили политическую работу, главным образом в райцентрах и в близлежащих селах, а отдаленные населенные пункты слабо охватывали своим влиянием. Между партийными организациями и войсковыми подразделениями не было надлежащего контакта. Некоторые подразделения пограничных и внутренних войск НКВД придерживались тактики пассивной обороны, отсиживаясь в селах, не проявляли инициативы и напористости в борьбе с бандами… Слабо поставлена агентурная работа. Агентурная сеть была малочисленной, и особенно малочисленна агентура, умеющая глубоко проникать в националистическое подполье»[1190]. Так, к сентябрю 1944 г. деятельность по борьбе с повстанцами в Тарнопольской области не давала результата, «ввиду отсутствия в области необходимой для этой борьбы вооруженной силы». (Тем не менее борьба с бандповстанчеством оттягивала на себя значительные людские и военные ресурсы СССР: к марту 1944 г. только на борьбу с УПА было брошено 38 тыс. военнослужащих НКВД и 4 тыс. военнослужащих погранвойск по охране тыла, в конце 1944 г. в Белоруссию было направлено 18 890, в Литву — 6020 военнослужащих НКВД)[1191]. В дальнейшем удалось разработать и воплотить в жизнь эффективные методы осуществления борьбы с бандповстанцами.

С целью мобилизации местного населения были проведены совещания представителей властей и активной прослойки местного населения (в частности, комсомольцев, учителей, работников потребкооперации и пайщиков). В райцентры и села были направлены сотрудники советских, партийных и комсомольских органов, активисты из числа рабочих, служащих и интеллигенции. Создавались постоянно действующие комиссии по борьбе с бандитизмом, группы «советского актива», а также были организованы съезды крестьян, молодежи, интеллигенции, женщин, работников отдельных отраслей промышленности. Так, с 5 по 10 января 1945 г. во Львове было проведено совещание учителей Западной Украины, в котором приняли участие 1100 человек. Были зачитаны доклады директора украинского Института педагогики С. Х. Чавдарова «Народное просвещение в УССР» и зампредседателя СНК УССР Д. З. Мануильского «Украинско-немецкие националисты на службе у немецкого империализма». По советским данным, «эти доклады произвели большое впечатление на участников совещания». Были проведены также районные совещания школьных учителей, после чего было отмечено усиление их «политической активности»[1192].