Советские партизаны. Мифы и реальность

А как в аналогичной ситуации поступили хитрые англосаксы? Летом 1940 года политическое руководство Великобритании пришло к осознанию следующих истин: 1) скорый реванш на поле боя после катастрофы в Дюнкерке невозможен; 2) воздействовать на неприятеля можно и нужно путем экономической блокады, ударами бомбардировочной авиации, а также диверсионными действиями.

Премьер-министр Уинстон Черчилль потребовал от командования вооруженных сил Великобритании развернуть на всей территории оккупированной Европы сеть сопротивления по образцу территориальных подразделений Ирландской республиканской армии и 1916–1923 годах.

Вот так советская пропаганда изображала действия партизан: «охота на немца напоминает охоту на тетеревов…».

Следующим шагом явилось создание органа для руководства подобными действиями. Свои кандидатуры предлагали и военное министерство и SIS (разведка), но британский премьер правильно рассудил, что указанным ведомствам вполне хватает своей работы, они не в состоянии сконцентрироваться должным образом на новых задачах. Приоритет был отдан новому министерству экономической войны, в котором создали специальную структуру для «раздувания европейского пожара» — Управление специальных операций (SOE). Решение сосредоточить руководство диверсионными и партизанскими действиями в специализированном органе было совершенно правильным.

К аналогичному решению советское высшее руководство пришло в конце мая 1942 года, когда руководство партизанскими формированиями поручили штабам партизанского движения регионов. До того момента партизанами пытались руководить партийные органы, органы НКВД, штабы армий и фронтов… Поэтому система в организации партизанских действий на оккупированной территории отсутствовала до самого конца 1942 года — пока штабы создали, пока отряды переподчинили, пока связь с ними установили…

Любое серьезное дело надо сперва хорошо обдумать. Но Сталин первые два года войны в критических ситуациях всегда спешил действовать. Армия терпела одно поражение за другим. И вместо того, чтобы как следует оценить ситуацию и принять правильное решение, вытекающее из размышлений и обсуждений, он норовил бить — неважно куда, главное нанести как можно больше ударов, пусть даже в пустоту — главное, чтобы весь мир видел, что он не только жив, но и «дергается»[11].

В SOE действовать не спешили. Сначала определили важнейшие промышленные зоны Франции, в районе которых планировалось дислоцировать диверсионные группы. Затем занялись подбором и подготовкой агентов, наладили взаимодействие с содействующими ведомствами — в первую очередь с военным министерством и Сикрет Интеллидженс Сервис (SIS) — разведкой. Только после этого приступили к действиям «в поле» — первые агенты французского отделения SOE высадились во Франции в мае 1941 года.

Деятельность SOE тоже имела примечательный характер.

Вооруженные группы в глубь Франции и других оккупированных государств англичане не забрасывали. Налетами на стратегические объекты противника вдоль побережья занимался Корпус комбинированных операций лорда Луиса Маунтбеттена (1900–1979) — морские диверсанты («коммандос»), а в глубине территории — парашютисты («леопарды»). Для боевых операций в тылу итальянских и немецких войск в Северной Африке были созданы моторизованные группы дальнего действия в пустыне и Специальная авиадесантная служба (SAS).

SOE действовало следующим образом. В определенном районе определенного департамента Франции на парашюте, либо прямо с самолета высаживался агент (или группа агентов), иногда с радиостанцией, иногда рацию доставляли позже. Первым делом он (они) устанавливал связь с местными ячейками Сопротивления, затем устраивал явки, прибывали другие члены группы, разворачивалась локальная сеть в этом районе. Создавались запасные радиоточки, намечались пункты выгрузки либо посадки самолетов. Группа высадившегося резидента создавала в соседних регионах новые группы и поддерживала связь с местными партизанскими отрядами («маки»), оставаясь в то же время автономной.

При этом английские агенты не лезли в командиры, чтобы не ущемлять национальные чувства французов (сравните с советскими партизанами, где сплошь и рядом партизанами любой национальности командовали русские). Позже, при подготовке ко дню «Д», партизанские отряды получили много оружия, боеприпасов и взрывчатки, туда прибыли опытные координаторы. К 1944 году вся Франция была покрыта «ячейками» SOE. Германская служба безопасности (SD) работала достаточно эффективно, но поскольку локальные «сети» не имели связи друг с другом (общую картину знали только в Лондоне), ликвидация некоторых из них не приводила к разгрому Сопротивления в целом (трагическое исключение в Нидерландах только подтверждает правило). На место выбывшего резидента прибывал другой и создавал новую сеть.