Советские партизаны. Мифы и реальность

Разумеется, существовали эти бюрократические структуры — как же без них в бюрократической системе. Но существовали де-юре. Де-факто же функционировал НКВД. Все оперативное руководство партизанами вело 4-е управление НКВД СССР под руководством (…) П.А. Судоплатова и его заместителей. Судоплатов, а не Пономаренко решал стратегию и тактику партизанского движения. Не на Старой площади, а на Лубянской принимались решения. Судоплатов пишет:

/ЦШПД/ „выполнял, в основном, лишь координационные функции, не ведя агентурной разведки в тылу германских войск без взаимодействия с военной разведкой и контрразведкой. Некоторую самостоятельность проявили лишь активисты партии и комсомола, которые большей частью вели пропагандистскую работу в тылу противника. И все они полагались на конспиративное обеспечение своей деятельности по линии нашей военной разведки и НКВД“.

Партизанская война, разожженная Москвой, была направлена не столько против немцев, сколько против собственного населения в немецком тылу, и приобрела характер не столько войны с чужеземным агрессором, сколько гражданской войны.

Кто же непосредственно и лично разжигал эту войну?

А те самые „руководители оперативных групп“, о которых мы писали в самом начале.

(…) Генерал-майор в отставке Е. Телегуев, заместитель председателя комиссии по делам бывших партизан, пишет:

„Партизанские отряды и группы ОМСБОНа существенно отличались от других отрядов, которые возникали на оккупированных территориях. Объективно они не были так подготовлены к ведению борьбы, как мы. У нас каждый отряд с момента перехода линии фронта имел радиосвязь с центром. Каждый боец прошел полный курс саперной подготовки. В нашем распоряжении имелась техническая база для диверсионной работы“.

Замечаете, как генерал подчеркивает „у нас“, „наши отряды“, „наши бойцы“, то есть отделяет бойцов отрядов НКВД от прочих партизан. То же подчеркивал и С, Ваупшасов:

„Мы сняли белые маскхалаты, они были уже ни к чему, снег сошел, и остались в привычном защитного цвета красноармейском обмундировании с красными звездочками на шапках и полевыми петлицами на воротниках“.

Посмотрите на фотографии, на людей в военной форме и вам сразу станет ясно, кто и где готовил этих „партизан“. Разведчиками, то есть людьми, которые профессионально занимаются разведкой, работников НКВД назвать нельзя. Нам с вами понятно, что ваупшасовы — орловские — рабцевичи были профессиональные чекисты, сотрудники ЧК — ГПУ — НКВД с большим стажем. (…).

Все названные генералом Телегуевым чекисты еще в 20-е годы занимались „партизанщиной“ на территории Польши. Население не поддерживало коммунистических партизан и регулярно доносило об их появлении жандармам. Чекистские отряды уходили за „кордон“, то есть на территорию СССР. Отдохнув, снова переправлялись через границу, пытались дестабилизировать обстановку в восточных областях Польши. В советской печати это называлось красивыми словами „борьба польских крестьян и рабочих против капиталистов“. Сегодня мы их называем „специалисты по организации подрывных действий“.

(…) Генерал /Судоплатов/ признается, что никакого подполья в городах не было, а создавалось оно НКВД. А то, что разворачивалось партизанское движение, то „разворачивали“ его (на жаргоне НКВД) именно агенты Судоплатова. Разворачивали всем известным способом: стреляли в спины немецких солдат (если бы эсэсовцев! если бы гестаповцев!). И вызывали ответные репрессии против мирного населения. Как тут не вспомнить сталинский приказ № 0428! Вторая гражданская война полыхала на всей территории, занятой немцами».

Как, например, НКВД создавало соединение, известное под названием «Путивльское соединение Ковпака»?

Задолго до занятия Путивля немцами, НКВД приступил к организации партизанского отряда. В рядах чекистов, работников милиции, военных, партийцев — не нашлось подходящей кандидатуры, и Ковпак был назначен командиром отряда. Комплектовался он из физически выносливых, грубых и испытанных работников и сексотов НКВД…

В ближайшем Спащанском лесу спешно рыли землянки для складов. Завозили продовольствие, оружие, взрывчатку. В городе организовали сеть наблюдателей, явочные квартиры, связных и пр. Первый месяц после вступления немцев прошёл спокойно. Страсти разгорелись после ареста и расстрела 20 партизан. От них же гестапо и узнало точное расположение отряда в лесу. В ближайшее воскресенье, в базарный день, на глазах большого стечения людей было повешено несколько партизан.

Партизанский отряд лишь возглавлялся Ковпаком. Все оперативные задания разрабатывались командирами Красной Армии и комиссаром-чекистом Базымой. Непосредственно отряд подчинялся Москве. Существовала радиосвязь. Комплектование отряда кадрами, снабжение новейшим оружием и руководство диверсионными актами шло из Москвы. Для подготовки крупных операций Ковпак летал в Москву (а почему бы и нет?).