Советский Союз. История власти. 1945–1991

В годы Великой Отечественной войны немецко-фашистское командование не без успеха проводило на Северном Кавказе особую политику, направленную на то, чтобы склонить к сотрудничеству с оккупационными войсками мусульманское население Северного Кавказа и казачество. В Чечне в октябре 1942 г. удалось организовать восстания в тылу советских войск, в частности в Шатойском, Итум-Калинском, Веденском и ряде других районов. Восстания вспыхнули в то время, когда шли ожесточенные бои под Сталинградом и немецкие войска вели наступление на Северном Кавказе, вышли к Тереку и Большому Кавказскому хребту. На территории Чечено-Ингушетии в 1943 г., когда немецкие войска были далеко оттеснены с Северного Кавказа, органами Наркомата государственной безопасности было зафиксировано три десятка бандитских групп и около 4 тыс. участников восстаний 1941-1942 гг.²⁰⁰ В связи с этим советские власти приняли решение о депортации чеченцев и ингушей с их исконных территорий в Казахстан. В феврале 1944 г. советские войска выселили около 500 тыс. чеченцев и ингушей. Массовая депортация была, безусловно, преступлением, которое не может быть оправдано фактами сотрудничества части населения с немцами. Тогда же была упразднена Чечено-Ингушская АССР. На земли выселенных чеченцев и ингушей пришли другие люди — русские, осетины.

После XX съезда КПСС массовые депортации были осуждены, Указом Президиума Верховного Совета СССР была восстановлена Чечено-Ингушская АССР. Однако узел, туго завязанный сталинской депортацией, развязать было трудно. Возвращение людей из ссылки сопровождалось обострением отношений с тем населением, которое поселилось на землях чеченцев и ингушей. Постоянным источником противоречий и конфликтов между Северной Осетией и Ингушетией стали земли Пригородного района г. Орджоникидзе (Владикавказа), где находились родовые ингушские кладбища. Сохраняются споры между Чечней и Ингушетией о землях Сунженского и части Малгобекского районов, с русским населением Ставропольского края — из-за Науровского и Шелковского районов, которые казачество считает своими.

Столица Чечено-Ингушетии, г. Грозный, стала одним из крупнейших центров переработки нефти в СССР. (Богатые месторождения нефти были обнаружены на территории Чечни уже в конце XIX в. Тогда же там возникла и крупная нефтеперерабатывающая промышленность.) В конце 80-х гг. нефтеперерабатывающий комплекс в Грозном был полностью модернизирован, что обошлось казне в 1,5 млрд. долл.²⁰¹ В регионе существовала проблема привлечения коренных жителей на промышленные предприятия, хотя там было многочисленное население, не имевшее постоянной работы.

В Чечне сохранялось разделение коренного населения на родовые тейпы, религиозные братства — «вирды», мюридские общины. Это в значительной степени определяло и определяет традиционную структуру общества, успешно пережившую все политические и идеологические кампании советского периода.

Для Чечни с ее по преимуществу сельским населением было характерно традиционное малоземелье, вынуждавшее значительную часть мужчин отправляться летом на сезонные работы по всему СССР. Вместе с этим необходимо отметить относительно высокий образовательный уровень населения. К концу 80-х гг. доля трудоспособного населения, не занятого в общественном производстве, составляла в Северной Осетии почти 13%, а в Чечено-Ингушетии — 25%. Обстановка в этом регионе Северного Кавказа оставалась неспокойной. В 1973 г. было принято специальное постановление ЦК КПСС «Об антиобщественных националистических проявлениях в г. Грозном», в котором отмечался рост националистических настроений в Чечено-Ингушетии. Спустя несколько лет было принято новое постановление, датированное 14 января 1982 г. В нем отмечались факты массовых выступлений в Северной Осетии с требованиями выселить ингушей, даже массовых беспорядков, когда «24-26 октября 1981 года группа экстремистски настроенных лиц спровоцировала часть осетинского населения города Орджоникидзе на антиобщественные действия... Подстрекаемые националистическими призывами, бесчинствующие элементы, среди которых было немало тунеядцев, пьяниц, наркоманов и лиц, ранее судимых, нападали на общественные и государственные учреждения, пытались дезорганизовать работу городского транспорта, допускали оскорбительные выпады и угрозы в отношении жителей ингушской национальности. В течение нескольких дней нормальная жизнь города и работа на отдельных предприятиях была нарушена».

Отмечалось также широкое распространение среди населения оружия. Поэтому министру внутренних дел СССР Н. А. Щелокову специально указывалось на необходимость принять «дополнительные меры к изъятию огнестрельного и холодного оружия, незаконно хранящегося у населения Северо-Осетинской и Чечено-Ингушской АССР».