Советский Союз. История власти. 1945–1991

Однако результаты «дела Абакумова — Шварцмана» и «ленинградского дела» нашли свое отражение в решениях съезда, точнее — Пленума ЦК от 16 октября 1952 г., одного из наименее известных пленумов в истории партии²⁰¹ Этот пленум относится к числу наименее изученных. Он не попал в официальные издания по истории партии²⁰². Его материалы, в отличие от распространенной в аппарате ЦК практики, не стенографировались. Не стенографировалось и выступление Сталина на Пленуме ЦК. Оно отсутствует в протоколе пленума.

Однако сохранились упоминания о выступлении Сталина. Судя по воспоминаниям Хрущева, «Сталин уже "подвесил" судьбу Микояна и Молотова. На первом же пленуме после съезда он предложил создать вместо Политбюро Президиум ЦК партии в составе 25 человек и назвал поименно многих новых людей. ...Сталин создал Бюро Президиума? Ему было, видимо, неудобно сразу вышибать Молотова и Микояна, и он сделал расширенный Президиум, а потом выбрал Бюро узкого характера,,— писал Хрущев.— ...И туда ни Молотова, ни Микояна не ввел, то есть "подвесил" их. Я убежден, что если бы Сталин прожил еще какое-то время, то катастрофой кончилась бы жизнь и Молотова, и Микояна. Вообще же сразу после XIX съезда партии Сталин повел политику изоляции Молотова и Микояна, не приглашал их никуда — ни на дачу, ни на квартиру, ни в кино, куда мы прежде ходили вместе. Но Ворошилов был избран в Бюро Президиума. Характерно для Сталина, что как-то, когда мы сидели у него за затянувшейся трапезой, он вдруг говорит: "Как пролез Ворошилов в Бюро?" Мы не смотрим на него, опустили глаза. Во-первых, что за выражение "пролез"? Как это он может "пролезть"? Потом мы сказали: "Вы сами его назвали, и он был избран" Сталин же говорил нам в узком кругу, что подозревает Ворошилова как английского агента. ...А Молотова он как-то "заподозрил", ...что Молотов является агентом американского империализма, продался американцам»²⁰³

Гораздо подробнее о событиях осени 1952 г. вспоминал А. И. Микоян, непосредственно оказавшийся перед угрозой репрессий. По его словам, за несколько дней до съезда на встрече членов Политбюро Сталин предложил сократить число членов президиума съезда. Вместо прежних 27-29 человек он предложил избрать 15. Так как в президиум съезда избиралась, как правило, старая и старшая по своим должностям номенклатура, предложение Сталина содержало в себе тревожный элемент. Микоян сформулировал так: «Это было удивительным и непонятным. Он лишил, таким образом, возможности многих видных партийных деятелей войти в президиум съезда, а они этого вполне заслуживали». Дальше — больше. Сталин прямо заявил, что «не надо вводить в президиум Микояна и Андреева, как неактивных членов Политбюро»²⁰⁴.

По мнению Микояна, одной из причин осложнения отношений между Сталиным и им стало неприятие Молотовым сталинской идеи об отказе от товарно- денежных отношений в условиях социализма и предложения Микояна, поддержанные некоторыми членами Политбюро — Молотовым, Хрущевым и Маленковым,— о повышении закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию.

Сразу после окончания съезда состоялся Пленум ЦК. Как уже отмечалось, отсутствует стенограмма выступления Сталина. Однако один из участников пленума — Л. Н. Ефремов, тогда первый секретарь Курского обкома партии — сделал весьма подробную запись его выступления. Точность записи подтверждается совпадением ее с изложением этого же текста в мемуарах Микояна, Д. Т. Шепи- лова и в воспоминаниях Хрущева и писателя К. Симонова. Приведу здесь фрагменты записи слов Сталина, сделанные Ефремовым. Сталин начал с ошеломляющей констатации: «Многим может показаться, что у нас (в КПСС.— Авт.) существует полное единство. Однако у нас нет такого единства. Некоторые выражают несогласие с нашими решениями....

Спрашивают, почему мы освободили от важных постов министров видных партийных и государственных деятелей. Что можно сказать на этот счет?

Мы освободили от обязанностей министров Молотова, Кагановича, Ворошилова и других и заменили их новыми работниками. Почему? На каком основании? Работа министра — это мужицкая работа. Она требует больших сил, конкретных знаний и здоровья. Вот почему мы освободили некоторых заслуженных товарищей от занимаемых постов и назначили на их место новых, более квалифицированных, инициативных работников.

Что же касается самих видных политических и государственных деятелей, то они так и остаются видными политическими и государственными деятелями. Мы их перевели на работу заместителями Председателя Совета Министров. Так что я даже не знаю, сколько у меня теперь заместителей».

После этого двусмысленного замечания Сталина о своих соратниках-заместителях секретарь ЦК «перешел на личности».