Советский Союз. История власти. 1945–1991

Между тем и само открытое письмо ЦК, и отчеты местных парторганизаций о ходе его обсуждения служат ценнейшими свидетельствами общественных настроений после XX съезда. Обратимся непосредственно к тексту письма¹³⁶

Оно открывается примечательной фразой: «Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза считает необходимым обратиться ко всем парторганизациям... для того, чтобы привлечь внимание партии и мобилизовать коммунистов на усиление политической работы в массах, на решительную борьбу по пресечению вылазок антисоветских элементов, которые в последнее время, в связи с некоторым обострением международной обстановки, активизировали свою враждебную деятельность против Коммунистической партии и Советского государства». За этой поистине фронтовой лексикой следовали строки об «имеющих место за последнее время фактах активизации деятельности антисоветских и враждебных элементов». Прежде всего это «контрреволюционный заговор против венгерского народа», прикрытый «фальшивыми лозунгами свободы и демократии», использовавший, впрочем, «недовольство значительной части населения, вызванное тяжелыми ошибками, допущенными бывшим государственным и партийным руководством Венгрии».

ЦК КПСС признавал непосредственное воздействие венгерских событий на ситуацию в стране и даже в партии. «Под воздействием международной реакции жалкие остатки антисоветских элементов в нашей стране, будучи враждебно настроены против социалистического строя, пытаются использовать в своих гнусных целях все еще имеющиеся у нас трудности... При этом они умело используют политическую беспечность и обывательское благодушие некоторых коммунистов и руководителей партийных организаций, вражеские действия прикрывают фальшивыми словами о критике и самокритике, лозунгами борьбы "за демократию". ...Конечно,— утверждалось в письме,— носители таких чуждых взглядов составляют ничтожную долю среди миллионов советских людей... Между тем есть немало примеров, когда коммунисты и партийные руководители решительно не пресекают антисоветскую пропаганду, не дают отпора вражеским вылазкам... Более того, есть и такие "коммунисты", которые, прикрываясь партийностью, под флагом борьбы с последствиями культа личности, скатываются сами на антипартийные позиции, допускают демагогические выпады против партии, подвергают сомнению правильность ее линии. ...Опасно и недопустимо, когда партийные организации ведут себя пассивно, нередко проходят мимо этих фактов... не дают организованного отпора антипартийным и демагогическим выступлениям и не принимают решительных мер к пресечению деятельности антисоветских, враждебных элементов. Надо прямо сказать, что партийные организации в ряде случаев забывают о том, что против антисоветских, враждебных элементов партия всегда вела и впредь будет вести непримиримую и самую решительную борьбу».

В письме сообщалось о многочисленных примерах распространения «расширительной» критики культа личности — критики не только личности Сталина, но и порядков, приведших к появлению того, что было названо «культом личности». Оно свидетельствовало, что наиболее подверженными этим идеям оказались молодежь, студенчество, а также творческая и научная интеллигенция. Отмечалось, что антисоветские выступления среди молодежи были в Москве, Свердловске, Каунасе, Таллине, Ереване. В качестве примера приводилось выступление на комсомольской конференции Уральского политехнического института в Свердловске студента Немелкова, которого поддержали участники конференции, а партийные руководители не смогли дать ему отпора, поддержка литовскими студентами венгерских повстанцев.

Скверные отношения складывались между партийным руководством и интеллигенцией. В письме сообщалось: «За последнее время среди отдельных работников литературы и искусства, сползающих с партийных позиций, политически незрелых и настроенных обывательски, появились попытки подвергнуть сомнению правильность линии партии в развитии советской литературы и искусства, отойти от принципов социалистического реализма на позиции безыдейного искусства, стали выдвигаться требования "освободить" литературу и искусство от партийного руководства, обеспечить "свободу творчества", понимаемую в буржуазно-анархистском, индивидуалистическом духе». В качестве примера приводилось выступление К. Паустовского в защиту книги В. Дудинцева «Не хлебом единым», О. Берггольц против постановлений ЦК КПСС по вопросам литературы и искусства, принятых в 1946-1948 гг., доставалось и научным журналам — «Вопросы истории», «Вопросы философии», где неверно, по мнению ЦК КПСС, освещались вопросы социально-политической истории страны и общественной мысли.