Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

Во-вторых, наиболее сильное противостояние оседлой и кочевой цивилизаций было отмечено в Казахстане. Там же в 1920-х гг. наблюдалась и самая интересная идеологическая борьба в отношении судьбы кочевой цивилизации.

Что касается наличия преемственности политики Российской империи и Советского Союза, реализованной в «кочевых» регионах, то в 1920-х гг. политика СССР была фактически продолжением дореволюционной и находилась в заданных до 1917 г. пределах, однако в начале 1930-х гг. она за эти пределы вышла. Так, программа переселенческой колонизации в Советском Союзе была продолжена, однако теперь решено было не просто изъять у кочевников «излишки» территории, а «посадить» их на землю, тем самым во много раз сократив площади, занятые под скотоводство, с целью отдать их под земледелие. Характерно, что власти СССР в определенной степени учитывали дореволюционный опыт, хотя одновременно и провозглашали, что до революции почти все делалось «неправильно».

Политика многих «оседлых» государств – Китая, Ирана, Монголии¹⁵¹⁴, Афганистана, стран Ближнего Востока, Магриба и др. – в отношении кочевников имела определенное сходство с политикой Российской империи и СССР. В то же время, в отличие от Австралии и ряда стран Европы, в России и СССР никогда не осуществлялся геноцид или преследование кочевого населения. Результаты действий властей ряда стран Африки по отношению к кочевникам, приведшие к ухудшению здоровья последних, отличаются от ситуации в СССР, где перевод кочевников на оседлость имел существенные положительные последствия в сфере здравоохранения, образования и социального обеспечения.

Анализ истории взаимоотношений «оседлых» государств и кочевников показывает, что они характеризуются более сильным столкновением интересов человека и государства, чем у оседлых людей и «оседлого» государства, которые как бы «говорят на одном языке». Кроме того, в отношениях между оседлым и кочевым населением «оседлое» государство обычно выступает на стороне первого. Кочевые общества плохо вписываются в формат «оседлого» государства. Конечно, административно-налоговый нажим со стороны властей не нравится не только кочевникам, но и многим представителям оседлого населения, однако у первых была возможность откочевать, без особого ущерба для себя скрыться от властей, и это давало им преимущество и перед государством, и перед его оседлыми жителями.

Для властей «оседлого» государства нежелательными являются любые несанкционированные массовые миграции, особенно трансграничные. Поэтому государство стремилось установить контроль над кочевниками, прекратить трансграничные и внутренние миграции, перевести кочевников на оседлость, интегрировать их в «общий формат», влить в общегражданскую этническую или политическую нацию, освоить и заселить оседлыми жителями пригодные для земледелия «кочевые» земли.

В целом в ходе истории оседлая цивилизация оказалась сильнее, а кочевая цивилизация ей проиграла. Изначально это произошло из-за «крушения» кочевых государств, которые оказались слабее «оседлых» в условиях Нового времени. Затем, когда кочевники уже были подчинены «оседлым» государствам, они, во-первых, часто не смогли отстоять право собственности на свои территории (из-за фактического отсутствия института собственности на землю) и, во-вторых, были вынуждены встраиваться в политическую и экономическую структуру «оседлых» государств, что неизбежно вело к расшатыванию кочевой цивилизации.

Определенный взаимовыгодный симбиоз между «оседлым» государством и кочевниками был возможен до передела мира и глобализации. Сосуществование их в современном, «сузившемся» мире стало значительно более сложным.

В XX и XXI вв. наступление оседлых на кочевников усилилось практически во всем мире. Во многих странах были реализованы государственные программы обоседления, которые имели и положительные, и отрицательные результаты. В целом переход или перевод кочевников на оседлость является фактором не просто модернизации, но глобализации. В результате его кочевники вливаются в единую, общемировую оседлую цивилизацию (или суперцивилизацию), которая сейчас доминирует на всем земном шаре. Хорошо это или плохо (как и глобализация в целом) – покажет будущее. Возможно, сохранившееся в отдельных странах кочевничество сможет встроиться в глобализованный мир.