Совсем новая экономика. Как умирает глобализация и что приходит ей на смену

С прохождением пандемии и окончанием локдаунов работа глобальных систем снабжения начала возвращаться в нормальный режим, но в 2022 году этот процесс прервал геополитический шок. Наступило время дестабилизации мировых поставок широкого круга важнейших видов продукции – прежде всего энергоносителей, продовольствия и материалов. За геополитическим шоком последовал снабженческий из-за разрушения связей между Западом и Россией. Проблемы с логистикой и финансированием создали перебои с поставками товаров, критически важных для жизни людей и функционирования мировой экономики. Из-за этого усилилась «большая мировая инфляция». За первые шесть месяцев после начала украинского кризиса мировые цены на природный газ выросли на 120–130 %, а на уголь на 95–97 %[13].

Четыре основных проявления снабженческого шока выглядели следующим образом:

1. Прекратились поставки из России на Запад и с Запада в Россию товаров, попавших под санкции, включая российскую нефть, нефтепродукты, уголь и западную технологическую продукцию.

2. Сократились поставки из России на Запад и с Запада в Россию и той продукции, которая под санкции не попала, но не может поставляться так же, как раньше. Это произошло из-за курса Запада на свертывание отношений с Москвой и из-за связанных с санкциями сложностей с логистикой, прохождением платежей, страхованием и так называемых репутационных рисков для работающих с Россией компаний. Например, поставки по трубопроводу российского природного газа в Европу в 2022 году сократились по сравнению с предыдущим годом более чем вдвое: со 140 миллиардов до 65 миллиардов кубометров (University of Florida 2023).

3. Поставки из России в страны за пределами Запада и из этих стран в Россию тоже стали нередко сталкиваться с трудностями прежде всего из-за рисков вторичных санкций.

4. Нарушение снабжения Запада российскими энергоносителями, сырьем, материалами, удобрениями сковывало производство на западных предприятиях, еще больше раскручивая мировой кризис предложения. Так, американская промышленность, особенно производство автомобилей и электроники, пострадала из-за свертывания поставок из России платины, титана и никеля. До кризиса на них приходилось соответственно 30 %, 13 % и 11 % всего американского импорта. Переориентация западных предприятий на альтернативных поставщиков форсировала рост мировых цен и в ряде случаев дестабилизировала поставки их продукции.

К началу 2023 года перестроенные цепочки поставок заработали более стабильно, а уровень инфляции снизился. Цены на энергоносители, многие виды сырья и продовольствия вернулись к докризисному уровню. Но причина не столько в выстраивании новых цепочек снабжения, сколько, повторюсь, в замедлении темпа мирового экономического роста и охлаждении спроса.

Например, вот как развивалась ситуация с поставками и потреблением природного газа.

В ответ на сокращение импорта из России Европа в 2022 году увеличила закупки природного газа из других стран на 72 миллиарда кубометров. Более 80 % этого объема было обеспечено поставками американского СПГ. В то же время из-за выросших цен европейцы сократили потребление природного газа на 12 %. В семьях сокращение составило 15 %. Прежде всего, потому что европейцы стали меньше отапливать дома. Здесь им еще и повезло: зима 2022-го оказалась теплой. А компании в энергоемких отраслях закрывали заводы. В результате Европейский Союз даже нарастил свои запасы природного газа.

Таким образом, нехватки газа избежали, но для этого, во-первых, потребовались огромные дополнительные затраты, а во-вторых, повышение цен заставило сокращать потребление.

Среднесрочные же перспективы обеспечения Европы природным газом остаются неопределенными. В своем докладе McKinsey предупреждает о том, что «в зависимости от динамики импорта, может потребоваться дальнейшее снижение спроса со стороны домохозяйств и предприятий». При этом переход на экологически чистые возобновляемые источники энергии становится сложнее из-за растущих затрат, вызванных все той же «большой инфляцией» и высокими процентными ставками.

Порожденный геополитическим шоком мировой «снабженческий шок» – это не новое явление. Подобные ситуации возникали и раньше. Примеры из новейшей истории – нефтяные шоки 1973-го и 1978-79 годов, когда страны – ведущие экспортеры нефти – оказывались прямо или косвенно вовлеченными в крупные международные конфликты. Это вызывало перебои или угрозу перебоев с поставками нефти, вызывая скачки мировых цен.

«Снабженческий шок» 2022 года отличается тем, что, во-первых, в породивший его международный конфликт непосредственно вовлечены крупнейшие мировые державы, и, во-вторых, он распространился на широкий круг ключевых товаров: энергоносители, продовольствие, удобрения, металлы, а также (для России как импортера) машинотехническую продукцию.

К концу 2022 – началу 2023 года мировой «снабженческий шок» был преодолен, но уязвимость глобальных цепей снабжения осталась.