Spartan up! Бескомпромиссное руководство по преодолению препятствий и выходу на пик своего жизненного потенциалаДжо Де Сена при участии Джеффа О’Коннелла

Бостон – Нью-Йорк 2014

Эта книга посвящается моим маме и папе, плоть от плоти спартанцам, покинувшим этот мир слишком рано.

Слишком многие люди ломаются, даже не подозревая о том, насколько близко к успеху они были в тот момент, когда пали духом.

Томас Эдисон

Joe De Sena, O’Connell Jeff

SPARTAN UP!: A Take-No-Prisoners Guide

to Overcoming Obstacles and Achieving Peak Performance in Life

© 2014 by Spartan Race, Inc.

© 2014 by Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company

© Качалов А.А., перевод на русский язык, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Пояснение автора

Разъяснительное замечание: образ жизни спартанца, несмотря на свои плюсы, может быть опасен, к нему следует подходить с осторожностью.

ПрологМинус тридцать и некуда идти

Raid International Ukatak была гонкой на выносливость, проходившей в Квебеке в разгар зимы, в самое холодное время года. Температуры здесь, как известно, опускаются до тридцати градусов ниже нуля. Поучаствовать в этой гонке меня уговорили друзья – с чего бы ещё мне соглашаться выходить на старт вместе с тремя другими парнями из команды, собравшимися на крошечном острове на реке Святого Лаврентия в Квебеке? Чтобы добраться до финиша, нам предстояло преодолеть 350 безлюдных, пустынных, покрытых льдом миль. Мы должны были передвигаться сначала на буере, затем на снегоступах, лыжах и – хотите верьте, хотите нет – на горных велосипедах по почти замёрзшим рекам и заснеженной, каменистой местности, одного вида которой было бы достаточно для того, чтобы разубедить любого здравомыслящего человека в необходимости участвовать в этой гонке. Я знал, что, если всё пойдёт по плану, мы завершим гонку через шесть дней. Я также знал, что ничто и никогда не идёт по плану.

Несмотря на ледяные температуры, погода стояла солнечная, а небо было голубым. Разноцветная экипировка участников мелькала на фоне белого снега. Мы начали путь на буере, двигаясь на нём по реке Святого Лаврентия, – это чем-то напоминало заплыв на четырёхместном каноэ по Северному Ледовитому океану. Моё место было в хвосте. Дрейфующие куски белого льда периодически переворачивали нашу лодку, отправляя нас за борт, – мы шлёпались в ледяные воды, словно ныряющие за добычей тюлени. Но в такой гонке возможности переодеться в сухую одежду не было, негде было и погреться. Как только твои вещи промокали в ледяной воде, ты промерзал до самых костей и стыл так до тех пор, пока температура воздуха не повышалась. Было холодно так, словно ты абсолютно наг. В таких условиях люди нередко умирают от переохлаждения. И это было лишь началом гонки.

После того как мы достигли нашего пункта назначения дальше по реке Святого Лаврентия, мы приступили к пешему марш-броску, длившемуся два дня: нам пришлось двигаться по колено в снегу при температурах от минут десяти до минус тридцати градусов. В попытке запастись энергией для дальнейшего продвижения я вместе с командой время от времени останавливался, чтобы наглотаться оливкового масла из бутылки. Для меня это казалось логичным решением: я мог нести бутылку с собой, а кроме того, в масле полно калорий. Оглядываясь назад, скажу, что этот ход сработал. Но без побочных эффектов не обошлось.

Любой, кто участвовал в гонках на выносливость, обладает своего рода ментальной способностью дистанцироваться от собственного тела и продолжать толкать себя вперёд, оставаясь глухим к любому импульсу человеческой натуры и базовому здравому смыслу, призывающему тебя остановиться прямо сейчас. По сути, твое рациональное мышление перестаёт функционировать, ты теряешь способность логически мыслить и начинаешь функционировать только в первобытном режиме.

На третью ночь мы на снегоступах дотащились до вершины горного кряжа, и у меня перед глазами встали лица друзей и членов семьи. Куда бы я ни посмотрел, я всюду видел их головы, смотрящие на меня на всём пути. Часами я думал про себя: «Что они здесь делают?» Вдобавок я видел McDonald’s рядом с нашей тропой… но его там быть не могло, потому что мы находились на задворках цивилизации. Мне не просто мерещились золотые арки – я буквально мог отчётливо чувствовать ноздрями стойкий аромат роял-чизбургера и картошки фри. Поразительно, что́ именно помогает тебе не утратить рассудок окончательно, когда ты вот так начинаешь сходить с ума, как я, – в моём случае, видимо, трансжиры и кетчуп. Я официально съезжал с катушек.