Спецоперация. Полтора года спустя

Фактически Белгородская область из прифронтовой зоны превратилась в линию фронта. Жители Белгорода, приграничных районов наблюдают большое перемещение техники. Скажу прямо, панических настроений не наблюдается, но чувствуется напряженность и тревога. Ведь ни для кого не является секретом, что теперь не только дальнобойные орудия и реактивные системы ВСУ способны обстреливать российскую территорию (что случалось не раз), но и ствольная артиллерия, включая минометы и другие виды вооружения. По всей видимости, оперативно-тактические замыслы командования союзных войск заключаются в выстраивании прочной обороны вдоль рек Северский Донец и Оскол, надежном прикрытии приграничных районов, в первую очередь в Белгородской области, а также наращивании сил и средств (переброске резервов) для нанесения ответного удара. В каком месте он будет нанесен, знают только в Генштабе. Можно предполагать, выстраивать свои версии. Но это сродни гаданию на кофейной гуще. Действующие военные в штабах сами разберутся в ситуации, которая сложилась в данный момент.

Но позволю себе обратить внимание на существенные детали.

Первое. Наступление ВСУ на харьковском направлении было тщательно спланировано. Большую роль в этом сыграли не только верно продуманные тактические ходы, но и комплексная разведывательная информация, которую передавали американцы и британцы. В первую очередь о расположении командных пунктов, складов боеприпасов, перемещении наших войск. Никакие разведданные со спутников, беспилотников невозможны без тщательной и выверенной топографической привязки на местности. Наверняка на территории, контролируемой российской армией, действовали «засланные казачки» и агентурная сеть противника. Они осуществляли фотосъемку, вплоть до мельчайших подробностей. В немалой степени, наряду с другими разведданными, это способствовало тому, что противник смог добиться тактических успехов.

Второе. Несмотря на большой поток беженцев из Харьковской области в сторону России, ДНР и ЛНР, много мирных жителей, поддерживающих Россию и поверивших нам, остались на месте в силу разных причин и обстоятельств. Этим уже воспользовались киевские власти и националисты. В некоторых районах области уже действуют фильтрационные пункты. Вылавливают активистов, оказывавших помощь нашей армии, особенно из числа сотрудников временных администраций, учителей, просто сочувствующих Москве. На полную катушку заработала система доносов. Усердствуют националисты батальона «Кракен». Фактически они в эти дни хозяйничают во многих городах и селах Харьковщины. Скажем прямо, десятки тысяч мирных граждан брошены на произвол судьбы. Не учитывать эти моменты просто преступно.

Третье. Наши неудачи и тактические просчеты на харьковском направлении, как на рентгене, высветили проблемы с информационным сопровождением военной операции. Несколько дней российское общество пребывало в вакууме. Кроме статистических отчетов Минобороны, например, Балаклея, принявшая первый удар противника, не упоминалась, а сообщения военкоров с мест нередко противоречили друг другу. Вот и сложилось у обыкновенных обывателей едва ли не устойчивое мнение: а на кого опираться и какой информации доверять? Пользователи соцсетей чуть ли не массово ринулись в Ютуб и телеграм-каналы. А там вовсю хозяйничают украинские пропагандисты и примкнувшие к ним уехавшие на Запад журналисты и аналитики из российской либеральной среды. Наша аудитория получила очередную порцию психоза, шизофрении и эмоционального безумия. Иначе не назовешь.

Признаюсь, до сих пор мне непонятно, почему люди в Минобороны, отвечающие за информационные вопросы, не используют практический опыт, накопленный на Северном Кавказе?! Не устаю повторять, что по сей день не видна работа мобильных пресс-центров непосредственно в зоне боевых действий. Нет внятных, содержательных комментариев ответственных лиц, включая генералов – руководителей на местах, уж не говоря о наработанной практике проведения брифингов, пресс-конференций, подходов к прессе. Все это было во время Второй чеченской кампании. Ни в коем случае не преследую цели огульно критиковать информационные службу Минобороны. Просто современные реалии информационной войны диктуют, с одной стороны, новые подходы, с другой – необходимость опираться на старые, проверенные методы и способы работы. Главное – сделать все возможное, чтобы общество доверяло официальным источникам. Самый простой способ. Ежедневно (при необходимости) и несколько раз в сутки именно в зоне боевых действий озвучивать пресс-релиз. Не только со статистическими данными, а давать в нем расширенную, выверенную, четкую, лаконичную информацию о положении дел на фронте. Многие вопросы тогда сами собой отпадут.