Спецоперация. Полтора года спустя

Вот итог того, с чем мы столкнулись, пересекая государственную границу на рассвете 24 февраля 2022 года. Это не нагнетание страстей и ужасов, это суровая правда, которую предпочитали не замечать даже у нас. Уже сейчас на фоне специальной военной операции очевидным становится факт, что ожесточенные бои разворачиваются не между армиями двух государств, а между людьми. Как сказал предстоятель Украинской православной церкви митрополит Онуфрий в своем обращении к пастве, «вышли из одной Днепровской купели». При этом блаженнейший архипастырь призвал молиться о победе «нашего войска» и благословил украинскую армию на защиту Украины, фактически призвав к братоубийственной войне. Правда состояла и в том, что этот кромешный ад происходил на фоне воодушевленного порыва тысяч, если не миллионов, людей не просто отделиться от всего русского, но и уничтожать своих единокровных братьев.

Скажем прямо, что такой реакции мало кто ожидал, в том числе в руководстве страны. Не станем перечислять все факторы и причины, которые привели два братских народа к противостоянию. Это произошло не вчера, не за последние восемь лет, а значительно раньше, после развала СССР. Не станем повторяться и искать виновных. Косвенно, где-то субъективно, мы пытаемся ответить на эти вопросы сейчас. Война, как на рентгене, высвечивает человека, причем по разные стороны баррикад. А есть еще люди, их миллионы, которые проживают по обе стороны государственной границы, но многих объединяют родственные узы, товарищеские отношения, одна школа, институт, один окоп в горячих точках. Чего только Афганистан стоит.

В то же время уровень не просто недоверия, а ненависти уже порядком зашкаливает, скажем прямо. Немудрено, если тебе двадцать четыре часа в сутки по «зомбоящику» (особенно в этом преуспели украинские пропагандисты) показывают в большинстве своем фейковые и смонтированные сюжеты с вырезанными на груди надписями, изнасилованными женщинами, повешенными и искалеченными людьми. В российских СМИ это рассказывают об украинских националистах. В украинских – о российских солдатах. И пока сильные мира сего делят сферы влияния, более «слабые», вооружившись – одни патриотизмом, другие национализмом, – режут друг друга. Многие из них не настолько глупы, чтобы не понимать, кому все это нужно, – и все равно режут. А многие не понимают и опять же режут – соседей, друзей, собратьев… Почему? Мягко скажем, самый непростой вопрос. Позволю привести только несколько фактов, неоспоримых. Еще до событий 2014 года новый учебный год в украинских школах на западе и юго-востоке начинался с «урока мужества», может, это называлось по-другому, спорить не берусь. Только в Ивано-Франковске, Львове в пример ставили Бандеру и вояк УПА, а в Донецке и Луганске – подвиг молодогвардейцев в годы Великой Отечественной. Выросло целое поколение украинских школьников, студентов с совершенно разными представлениями о своей истории, своих предках.

Этот колоссальный идеологический разрыв уже сейчас и в ближайшей перспективе будет иметь куда большее значение, нежели восьмилетнее нежелание официального Киева выполнять Минские соглашения. Скажу больше: даже после решения задач по денацификации и демилитаризации Украины этот вопрос будет одним из важнейших наряду с социальными и экономическими.

На юге-востоке Украины гражданская война идет уже восьмой год, но до сих пор в головах у многих распространенное ошибочное мнение, что, мол, западенские галичане захватили всю Украины и воюют против жителей Донбасса, а остальные регионы якобы сильно напуганы и боятся западенцев-националистов. В корне неверное мнение, не отражающее реальность происходящего на Украине. Да, на Майдане было полно галичан, да, для раскрутки гражданской войны их много повалило на Донбасс весной – летом 2014 года. Но их тупо использовали всего лишь как катализатор для раскачки ситуации. Самых упоротых перемололи в котлах еще в 2014 году, остальные предпочли спокойно себе работать в Польше на плантациях или стройках.

В ходе нынешней спецоперации на Донбассе на передке вы почти не найдете галичан, их там всего лишь 3–5 % максимум, они в основном представлены в виде националистических и радикальных групп, не более.

Воюют же против русского Донбасса в основном русскоговорящие жители юго-востока и центра; то, что они говорят на русском языке, не показатель, потому что все они обработаны идеологией галичанства, хоть сами таковыми не являются и продолжают общаться на русском языке. Костяк националистических формирований «Азов» [1], «Кракен» составляют уроженцы Харькова, Днепропетровска, Одессы, Николаева. Даже еще пока оккупированного Славянска. К примеру, комбат ВСУ некто Марченко. По его приказу постоянно наносятся удары по Горловке и другим населенным пунктам ДНР. Если восемь лет назад «груз 200» шел в западные области, то теперь – Харьков, Николаев, Кременчуг, Чернигов.