Спящая царевна. Своих не бросаем

Он поднял глаза на Делию, и в этом взгляде легко читалось всё, что не было сказано вслух. Наверное, и сама она сейчас просветлела от понимания, что всё было не напрасно, что Андрей, её Андрей, уже в который раз совершил невозможное – снова спас их всех.

А ещё забрезжила крохотная, как огонёк свечи, надежда, что он всё-таки вернётся к ней, вот прямо сейчас… выберется из чёрного зева горы, улыбнётся и обнимет крепко, когда она бросится ему навстречу.

В этом мечтательном искреннем порыве Делия настолько потянулась душой к любимому, что почти утратила связь с реальностью, и едва не пропустила молниеносное смазанное движение рядом.

Лишь в последний миг чудом умудрилась отскочить в сторону…

И с ужасом уставилась на появившегося буквально из воздуха Заргдиэля. В том, что это был именно он, предводитель Серых, Делия не сомневалось. Что-то неуловимо отличало Зверя от всех прочих тварей.

– Опять подышать захотелось, царевна? – ядовито поинтересовалось чудовище. – Что ж меня с собой не позвала?

Он сделал шаг, пытаясь схватить её своей огромной лапой, но тут уж очнулся Гордей и пальнул прямо в чудище.

Однако Зверь превосходил всех Серых вместе взятых. Он ускользнул от опасной молнии огнестрела, и в два прыжка оказался рядом с Гордеем. Ударил так, что старшого отбросило назад.

Тот, правда, сразу же подскочил. Огнестрел Заргдиэль у него из рук выбил, но Гордей бросился на чудище с ножом. Драка завязалась ожесточённая, но долго не продлилась. Ведь было ясно, что даже такой сильный и крепкий ратник, как Гордей, не сможет устоять перед этой серой махиной.

Но те несколько ударов, что старшой принял на себя, отвлекли Зверя, и Делия успела подхватить огнестрел. И когда Заргдиэль, бросив оглушённого Гордея, развернулся к ней, выстрелила без всяких колебаний.

Да только это её не спасло: Зверь снова отшатнулся очень проворно, и огненная молния лишь опалила ему плечо. С гневным рыком тварь оказалась рядом в одно мгновение, выбила из рук царевны оружие и вцепилась когтями в нежную шею. Одно движение, и всё – раздробит хрупкие позвонки…

Но в этот самый миг за спиной Заргдиэля мелькнул Добрян. А потом полыхнуло жарко, жутко, и чудовищный оскал Зверя вдруг исчез, развеявшись облачком дыма и огня.

Хватка разжалась. Огромное тело Серого грузно рухнуло к ногам царевны.

А перед ней остался стоять Добрян. Его дрожащие руки сжимали огнестрел, из которого он только что умудрился выстрелить прямо в висок Непобедимому Заргдиэлю.

– Ну… вот я тебя за всё и… отблагодарил… Зверь… – невесело усмехнулся Добрян, окинув взглядом бездыханную серую тушу.

Ратник поднял глаза на Делию. А потом…

Свет померк.

А когда вспыхнул снова, Добрян хлопотал над ней, и на нём буквально лица не было.

– Ух, очнулась! Слава светлым богам! Ты не пугай так, царевна! Ведь едва успел поймать… Беркут, мне потом бы… Ты как?

– Хорошо, всё хорошо… – Делия моргнула пару раз и, опершись на руку гридня, с трудом приподнялась.

– Вот и ладно… Тогда ты посиди! А я пока… старшим займусь… – кивнул Добрян.

– Гордей? – испуганно ахнула Делия.

– Живой я, живой… – подал голос ратник, пластом растянувшийся на земле. Его залитые кровью лицо и одежда выглядели жутко, но в голосе уже звучали обычные задорные нотки. – Сейчас Добряша подлатает, и буду как новый…

Добрян и, в самом деле, торопливо взялся лечить раненого.

А Делия, брезгливо покосившись на мёртвое тело, глубоко вздохнула, потом решительно подобралась ближе и запустила руку в поясную сумку Зверя. Через мгновение она извлекла оттуда гладкую чёрную пластину.

Выдохнув с облегчением, царевна прилепила свой мироключ на левый бок. Оставалось надеяться, что Заргдиэль не успел использовать её воспоминания во зло. Стоило вернуть себе мироключ, и мир вокруг сразу заиграл всеми красками.

Правда, теперь жуткая дрожь земли ощущалась ещё сильнее, и от этого накрывало волнами страха. Душа сжималась, чувствуя опасность, и разум предупреждал, что пора бежать отсюда…

Но она не могла уйти. Просто не могла уйти…без него.

Делия поднялась на ноги, застыла, белой берёзкой на ветру, смотрела, не отрываясь, на тёмный провал пещеры…

«Я жду… Желанный мой, любимый, родной… Я жду…»

Отчаяние сжимало горло, слёзы струились по щекам, но она этого не замечала…

Земля под ногами ярилась и вздымалась, как морские волны.

А потом…

Сначала Делии показалось, что глаза обманули, что мелькнувший у входа силуэт ей только померещился.

Но сердце уже узнало, уже рванулась навстречу душа, и она сорвалась вслед за ней, с пронзительным криком, одновременно счастливым до безумия и бесконечно горьким, метнулась, будто орлица, навстречу своему Беркуту.

Андрей поймал её в объятия, прижал к сердцу, зацеловывая горящие щеки, заплаканные глаза, солённые от слёз губы. Он не спрашивал, что она тут делает, почему ослушалась, он даже не ругал, только целовал, целовал и целовал…

Да иногда шептал, как в горячке: «Родная моя… Деля… родная…»