Сражение при Молодях 28 июля - 3 августа 1572 г.

К счастью, сохранился целый ряд источников, существенно дополняющих данные разрядных книг. Прежде всего, это относится к остаткам текущей документации Разрядного приказа, уцелевших буквально чудом. Речь идет о группе документов, касающихся планирования кампании 1572 г. В нее вошли наказ («память») воеводе Большого полка князю М.И. Воротынскому, полковая роспись его рати и роспись голов в его войске[5]. Впервые эти документы были обнаружены и опубликованы С.М. Середониным в конце XIX в.[6], повторно их издание подготовил В.И. Буганов, который попытался учесть ошибки, допущенные при первой публикации[7]. Ценность этих документов заключается прежде всего в том, что они, во-первых, позволяют уточнить основные положения плана русского командования на лето 1572 г., а во-вторых, благодаря им появляется редкая возможность представить примерную численность войска, выставленного на южных рубежах в преддверии татарского нашествия, что позволяет также прикинуть примерную численность всей полевой армии Русского государства в начале 70-х гг. XVI в.

Некоторые детали, дающие возможность уточнить подготовку русской стороны к решающей битве, можно почерпнуть из местнических дел, тесно связанных с разрядными записями[8].

Не менее важным источником для реконструкции картины событий лета 1572 г. является так называемая «Повесть о бою воевод московских с неверным ханом»[9]. В.И. Буганов, опубликовавший тексты этой «Повести», отмечал, что она является наиболее полным, день за днем описывающим события конца июля – начала августа 1572 г. сочинением, и к тому же была составлена, судя по всему, человеком, или непосредственно участвовавшим в боях с татарами, или же пользовавшийся сведениями, полученными, что называется, «из первых рук». Хотя, как указывал, историк, «Повесть» стала «своеобразным историко-литературным откликом на события 1572 г.», тем не менее, ее можно считать «доброкачественным историческим источником»[10].

Естественно, что мимо такого чрезвычайно важного события не могли пройти и русские летописцы. Сведения о кампании 1572 г. сохранились в целом ряде летописей, причем качество и информативность их неравнозначна — от весьма кратких сообщений до полноценных рассказов, подробно описывающих ход отражения нашествия чуть ли не по дням. Ярким примером летописных свидетельств, относящихся к первой группе, могут считаться Архангелогородский летописец и Соловецкий летописец второй половины XVI в.[11] Во вторую группу входят такие памятники, как Пискаревский, Московский и, несомненно, второй, более полный, вариант Соловецкого летописца, опубликованный В.И. Корецким

[12]. Заслуживает упоминания и так называемая 2-я Новгородская летопись[13].

Оставило свой след Молодинское сражение и предшествовавшие ему события также в записках иностранцев. Среди них первое место, безусловно, принадлежит мемуарам немецкого авантюриста Г. Штадена. Он принимал самое непосредственное, хотя не слишком удачное, участие в событиях лета 1572 г., и поэтому свидетельство немца имеет большую ценность[14]. Упоминается битва при Молодях в дипломатической переписке того времени

[15]. Не миновал ее в своем сочинении и князь А. Курбский[16].