Сражения группы армий «Центр»

При проведении советскими войсками оборонительной операции после падения Смоленска обстановка складывалась почти так: немецкие танковые и моторизованные дивизии после прорыва «линии Сталина» располагались по дуге по обе стороны дороги Минск — Москва, от Новобыхова на Днепре до Рудни (в 100 километрах севернее Витебска). Смоленск огненной точкой сражений располагался в верхней оконечности более чем 450-километрового полукруга, гигантским плацдармом выдававшегося из Белоруссии на восток. Из этой дуги прямо вперед вдоль верхнего течения Днепра и автодороги протянулся длинный перешеек. Он был весь заполнен советскими войсками, которые еще были способны свободно передвигаться по шоссе и проходившей рядом железной дороге. Сначала немецким дивизиям не удавалось перехватить этот перешеек, [67] подходивший к самой окраине Смоленска, и соединить немецкие группировки на севере и юге от него, так как большевики изо всех сил удерживали эту жизненно важную линию.

В тылу немецких авангардов, которые, в общем, заняли оборону справа и слева от своих путей наступления на краю этого гигантского плацдарма, остались еще многочисленные очаги сопротивления противника, препятствующие тыловому снабжению и сковывающие крупные силы немецких войск.

На некоторых участках немцам сначала принадлежали только дороги и узкие полосы слева и справа от них. Тыловое обеспечение приходилось осуществлять по этим «каналам» под огнем вражеской артиллерии и под угрозой нападения большевистских ударных групп. Даже здесь, за много километров позади линии фронта возникали опасные ситуации, которые приходилось преодолевать тыловым подразделениям, организовавшим снабжение мелкими конвоями, и резервным частям. Временами приходилось вести бои во всех направлениях, и тот, кто не видел карты с нанесенной обстановкой, удивлялся этой войне, как она велась на глубине 130 километров за «линией Сталина». Тем временем напряженная обстановка внутри дуги постепенно нормализовалась с помощью подходивших за танковыми соединениями пехотных корпусов. Леса прочесывались и очищавшись от противника, охрана путей снабжения налаживалась, окруженные советские войска обезвреживались, уничтожались или пленялись.

В то время как бои вокруг кольца окружения продолжались со всей ожесточенностью, главное командование сухопутных войск планировало дальнейшее [68] ведение операции. При докладе обстановки в дальней ставке фюрера в Восточной Пруссии впервые было принято решение забрать у группы армий «Центр» обе танковые группы. Группа армий фельдмаршала фон Бока должна была самостоятельно наступать на Москву своими тремя пехотными армиями!

Но в это время на центральном участке восточного фронта стала диктовать свою волю Красная Армия.

Немецкий фронт обороны медленно стабилизировался, так как теперь подошли 7-й армейский корпус генерала артиллерии Фармбахера и 9-й армейский корпус генерала пехоты Гейера, а между двумя фланговыми корпусами прошла 2-я танковая группа. Поэтому 46-й танковый корпус генерала танковых войск фон Фитингхофа стало возможно подвести ближе к Смоленску. Находившаяся в его составе 10-я пехотная (моторизованная) дивизия в ходе этого маневра 18 июля прорвалась к Ельне. Таким образом был достигнут восточный пункт первого этапа наступления.

Командование группы армий в последние недели июля попыталось усилить свои соединения в районе Смоленска.

Пешие и гужевые колонны двигались с большой поспешностью, так как советские войска своих атак не прекращали.

До Смоленска погода неизменно становилась все жарче. Солнце немилосердно припекало, а над маршевыми дорогами висели бесконечные клубы пыли. Дороги особого труда не представляют. Лишь в некоторых местах есть песчаные участки. Ухабистые булыжные мостовые в немногих мелких городах портят [70] гусеницы тракторов, поэтому приходится по возможности искать грунтовые дороги. Гул моторов и лязг гусениц повсюду во всех местечках, которые мы проезжаем, вызывает оживленный интерес. Часто офицеры и солдаты выскакивают из домов с фотоаппаратами, чтобы сфотографировать проходящую батарею.

На квартиры мы теперь останавливаемся в основном у матушки-природы, в лесу под деревьями, поблизости от дороги, но в укрытии от вражеской авиации. Ночи теплые. Солому собираем с полей, где стоят стога. В качестве «постели» служат также сиденья водителей грузовиков и тракторов. А командир спит в своей легковушке, свернувшись как еж. От ночевки в домах пришлось отказаться. Они грязны и полны насекомых. Горницы, в которых протекает вся жизнь, воняют. Ночевать под открытым небом на природе значительно лучше.

Инициатива полностью перешла к Красной Армии. Несмотря на прежние огромные потери, советскому командованию удалось развернуть на фронте новые войска. С 20 июля вдоль всего фронта между Ярцево на севере и Ельней на юге последовали новые мощные удары четырех армий, поддержанных 138 самолетами.