Сражения великих держав в Средиземном море. Три века побед и поражений парусных флотов Западной Европы, Турции и России. 1559–1853

Есть сомнения относительно даты, когда Рибера ушел из Неаполя с парусными кораблями. Возможно, это действительно было 11 сентября44. Это не очень важно, поскольку Рибера дошел только до Мессины, хотя Осуна, писавший 15-го, очевидно, был уверен, он ушел в Каламоту, что недалеко от Рагузы, и приказал галерам направляться туда же. Так уж случилось, что ни одна галера не участвовала в последнем плавании года. Лейва, генерал неаполитанских галер и командир галерного флота в целом, оскорбленный намерением Осуны сделать командующим войсками своего 11-летнего сына, дезертировал в Мессине и ушел на своем флагмане в Палермо. Оттуда он обратился прямо к королю с просьбой разрешить ему покинуть свой пост. В качестве причины он указал, что Осуна явно действовал против воли короля, нападая на венецианцев, несмотря на последние договоры. Вероятно, вице-король Сицилии был согласен с такой постановкой вопроса, потому что он наотрез отказался разрешить своим кораблям и галерам принять участие в экспедиции. Говорят, что Лейва приказал командирам своих парусных кораблей дождаться инструкций из Испании, и хотя маловероятно, что Рибера позволил бы приказам от уходящего старшего офицера иметь приоритет над приказами самого Осуны, он, вероятно, посчитал разумным остаться в Мессине, пока не решится вопрос, будут его сопровождать галеры или нет.

Возмущенный изменой Лейвы, понимая, что сезон заканчивается, Осуна решил отправить парусные корабли в Адриатику самостоятельно. 8 ноября он отдал приказ Рибере идти в Бриндизи и оставаться там до следующих распоряжений, не проявляя враждебности к встреченным венецианским судам. Рибера вышел из Мессины 11-го с 15 кораблями, но вместо того, чтобы идти в Бриндизи, 19-го объявился у Рагузы. Его собственная депеша ничего не говорит о причинах этого, но в письме Осуны есть ссылка на погоду – правдиво это объяснение или нет, сказать трудно.

Когда Рибера подошел к берегу, он выслал вперед фелуку, чтобы выяснить новости. В то же время Веньер в Санта-Кроче узнал от своих наблюдателей, что в зоне видимости замечен флот, и отправил на разведку две галеры. Они вскоре догнали фелуку и взяли ее, и по возвращении Веньер приказал всему флоту выходить в море: галеры вели парусные корабли на буксире. Рассказы о его силах мало отличаются друг от друга; и оценка Риберы: 18 кораблей, 28 галер и 6 галеасов, вероятнее всего, близка к истине.

Теоретически ситуация складывалась в пользу венецианцев. Однако следует помнить, что Рибера недавно доказал превосходство одного парусного корабля над большим числом галер, и хотя у венецианцев было больше парусников, чем у него, почти все они были арендованные торговые суда, в основном иностранные. Если бы сражение было доведено до конца или если бы вообще состоялось сражение, достойное называться таковым, победа меньшего флота едва ли была бы удивительной.

На деле последовала серия перестрелок на больших расстояниях. Во всяком случае, расстояния были слишком велики для использования оружия команд. И хотя один испанский автор говорит о схватившихся командах, обменивавшихся оскорблениями и угрозами, это было ночью, когда огонь не мог вестись прицельно. Рибера, по его собственному утверждению, ждал врага весь день, но только около четырех часов пополудни началась стрельба. Согласно венецианской версии, их галеры открыли огонь сразу после восьми часов утра 19-го, когда стих легкий западный бриз, и через некоторое время противник начал отвечать. После полудня ветер подул с северо-востока и позволил испанцам, боевой порядок которых был нарушен, перестроиться на правый галс, хотя при этом венецианцы все еще оставались против ветра.

Обе версии событий говорят об интенсивном бое между четырьмя часами и рассветом, когда венецианцы на время вышли из боя. Новый план Веньера заключался в расположении флота полукругом, имея в виду, что, пока галеры, находящиеся под его непосредственным командованием, будут вести бой в центре, парусные корабли приблизятся с обеих сторон. К сожалению, их командиры не сумели выполнить поставленную задачу, и хотя Веньер продолжал слать им приказы, они оставались на расстоянии, создавая видимость боя и зря расходуя боеприпасы. Такое сражение продолжалось с позднего утра до темноты, но стороны почти не нанесли друг другу никакого ущерба.

Ночью два флота разошлись – обе стороны заявляли, что противник отступил. Представляется, что испанцы ушли первыми, поскольку сам Рибера написал: «они следовали за мной до следующего утра», а потом «позорно бежали», и он тогда был «в середине пролива». По венецианской версии, на рассвете 21-го противник уже почти не был виден – удалился в направлении венецианского побережья.