Среди врагов и друзей

Не слушая хозяина, они зашли в комнату, осмотрелись, не подозревая того, что за каждым шагом их кованных сапог зорко следят две пары невидимых глаз.

— Пошли, для офицеров эта квартира не годится, — сказал солдат, обращаясь к другому, и направился к выходу.

На воротах солдаты мелом написали «6 человек» и добавили еще какой-то условный значок.

Когда немцы ушли и обеспокоенные хозяева вернулись в комнату, Йошка Заяц и Янушек вылезли из-под кроватей.

От удивления хозяева открыли рты.

Теперь уже Янушек не сомневался, что попал к верным друзьям.

— Здравствуйте, дорогой товарищ! — протянул ему руку хозяин. — Меня зовут Ян Чубон. Извините за то, что знакомство получилось такое… беспокойное.

— Сам черт принес этих швабов! — выругался Заяц. — Я было уже подумал, что это облава.

— После того, как мы на виду у немцев свалились сюда с неба, всякого можно ожидать, — улыбнулся Янушек. — Так что за беспокойство это вы нас должны извинить.

Пока Анна готовила завтрак, Ян Чубон начал рассказывать о местных подпольных организациях.

— В каждом селении почти все ненавидят фашистов, и очень многие готовы взяться за оружие, — говорил он. — Ну, а пока мы их лишь изредка пощипываем.

— А сколько вы можете собрать нам на помощь из Высокой?

— Желающих найдется очень много. Но пока можем порекомендовать человек пятнадцать. Крепкие и надежные парни.

— Где нам лучше всего собраться?

— Я думаю, в деревне Вгрека, у Имриха Слезника. После завтрака ты, Йошка, предупреди Гаспара Имриха, Густава Мичика, Яна Хованца и других — ты знаешь кого. А мы сразу же отправимся к Слезнику.

После завтрака Йошка ушел выполнять задание, а Чубон с Янушеком ушли в деревню Вгрека. Шел снег, небо затянуло сплошной пеленой туч. Намело свежие сугробы. Дорога оказалась утомительной и длинной, хотя до деревни было недалеко.

Имрих Слезник встретил Чубона и Янушека радушно. Он молча пожал гостям руки и, когда все уселись, вытащил из кармана огромную курительную трубку с железной крышкой, старательно набил ее табаком и положил табакерку перед гостями, приглашая закурить.

Чиркнула зажигалка, по комнате поплыл душистый дымок крепкого табака.

— Ну, как поживаешь, Имрих? — нарушил молчание Чубон.

— Все так же. Кручусь да нож вострю: авось пригодится.

— В наших лесных чащах острый нож — первое дело, — улыбнувшись, сказал Чубон. — Ты, Имрих, пойди и передай своим: как стемнеет, чтобы к тебе сошлись. Поговорить надо. Да ты не поглядывай так, это наш содруг. Потом все узнаешь.

Слезник ушел.

На первый взгляд Имрих казался молчаливым и как будто ко всему безразличным. Но как только разговор заходил о фашистах, глаза его начинали гневно посверкивать, а густые брови угрожающе змеились. Вот когда у него появлялась тема для разговора! Он говорил быстро, взахлеб, глотая слова. Фашистов Имрих ненавидел до смерти.

Через некоторое время без стука зашел в дом Слезника Гаспар Имрих. Потом появились Густав Мичик, Лойзь Бабчан и другие. Всего собралось пятнадцать человек.

Янушек молча сидел на табуретке, внимательно рассматривая каждого пришельца. Когда все были в сборе, Чубон, обращаясь ко всем, сказал:

— А теперь, содруги, послушаем нашего гостя.

Янушек поднялся и почти физически ощутил на себе внимательные взгляды пятнадцати пар ожидающих глаз. Не раз приходилось ему выступать перед значительно большими аудиториями. Много раз вел он словесные бои с противником на массовых митингах. Но никогда еще он не волновался так, как сейчас, перед тем как сказать первые слова этим незнакомым людям.

— Товарищи, — тихо произнес Янушек, — я прилетел к вам вместе с русскими друзьями, чтобы помочь бороться против гитлеровских захватчиков.

Янушек на секунду передохнул и в пляшущих отсветах открытой печки увидел, как всколыхнулись молчаливые люди и каждый всем телом подался вперед, ближе к нему. Люди словно замерли, не слышно было ни шороха.

— Прежде всего я хочу вам передать, дорогие товарищи, горячий боевой привет от солдат и офицеров Чехословацкого корпуса, который вместе с советскими войсками успешно громит фашистов и движется вперед, к границам нашей республики. От всего сердца приветствую вас также от лица партизан-парашютистов нашей группы.

— Спасибо, содруг, за хорошие слова! — сказал за всех Ян Чубон. — Мы тоже приветствуем вас с благополучным прибытием.

Гул одобрения послышался после этих слов.

— Вас интересует прежде всего положение на фронтах, — продолжал Янушек. — Наши войска совместно с вооруженными силами Советского Союза успешно продвигаются вперед на всех фронтах. Вот сводка Совинформбюро, которую мы приняли вчера по радио.

Янушек вынул из кармана листок бумаги, исписанный рукой Маши Дубининой, и, присев к дверцам печки, стал читать…

О многом говорили в эту ночь чехословацкие патриоты, собравшиеся у гостеприимного Имриха Слезника. Выслушав Рудольфа Янушека, они единодушно выразили желание пойти в партизанский отряд и дали клятву бороться с гитлеровскими оккупантами до последней капли крови.

— Зачем же, содруги, до последней капли крови? — сказал Янушек. — Будем бороться до полной победы над фашизмом!