Средневековая Исландия

Мы не опасаемся подобных заключений, считая необходимым разрушить общепринятое и ошибочное представление о том, что северная цивилизация опиралась прежде всего на силу, мужество и доблесть, забывая про более низменные соображения. Как это ни странно, но идеалом среднего исландца был мир (friðr). Мы уже упоминали на страницах этой книги о постоянном поиске равновесия между противоборствующими силами, характерном для всей истории независимой Исландии, поскольку стремление к нему являлось непременным условием торговой деятельности, являвшейся основополагающей для этого общества. К тому же следует отметить, что «война» обозначалась термином úfriðr; то есть «не-мир»: термина позитивного, если можно так выразиться в этом случае, то есть сформулированного не от противного, в исландском языке не существует!

Меры длины и веса; валюта

В отношении мер длины и веса мы не можем сделать никаких однозначных утверждений: с одной стороны, потому что система их восходит к истокам всей германской культуры, а с другой стороны, потому, что эти меры оказываются весьма различными в зависимости от эпохи и места. Ограничимся в этом отношении одним примером. Похоже, что число пять у древних германцев являлось базовым, а термин hundrað («сотня», по-английски hundred, по-немецки hundert) согласно древним источникам, применялся как к 100, так и к так называемой большой германской сотне, то есть к 120! Тексты различают tólfroett hundrad (сотня, считаемая по двенадцати) и tíroett hundrad (сотня, считаемая по десяти).

Для оценки стоимости удобнее всего было использовать вадмель, о которой мы уже говорили: отрезы ее измерялись в «локтях» (alin), под которыми понималась длина руки от локтя до кончика среднего пальца, что соответствует английскому полуярду. Такова была обычная единица стоимости. Удвоенная, она называлась stika, а утроенная равнялась одной унции. Шесть локтей составляли eyrir (одна унция; множественное число aurar, современный скандинавский öre). Другой мерой стоимости являлось серебро (silfr), в соответствии с его весовыми единицами. Существовало серебро различного качества согласно степени чистоты этого металла: lögsilfr; или «законные» деньги — так сказать, базовый эталон; gangsilfr; или обычные деньги; brennt silfr, или очищенное («обожженное») серебро, то есть рафинированное; skirt silfr, довольно редкое чистое серебро, а также blásilfr, или «голубое» серебро, то есть плохое; оно ценилось в треть стоимости skirt silfr.

Существовал еще один денежный эквивалент — стоимость коровы, kúgildi. Он играл важную роль, однако определить его современный эквивалент не представляется возможным.

Среди единиц длины следует упомянуть sponn (пядь): расстояние от конца большого пальца до кончика среднего, фут (fótr) и faðm (ср. английский fathom — морская сажень, фатом), эквивалентный французскому туазу.

Среди мер веса назовем фьердунг (fjórðungr), в котором как будто бы насчитывалось десять pund (ливров), mörk (см. французская марка), соответствовавший половине ливра и соответственно одной двадцатой фьердунга. Согласно Иону Иоханнессону, одна унция весила приблизительно 27 граммов, откуда следует, что вес марки составлял 216 граммов. 80 марок составляли voett. Еще более усложняет эту систему тот факт, что ее единицы иногда употреблялись как единицы веса, а иногда как обозначение цены. Иными словами, в области мер и весов царила полная анархия: даже в «сагах о епископах» упоминаются жалобы на неточность такой единицы измерения, как локоть. Любопытно, что упоминания о золоте очень редки и появляются уже в более позднее время (не раньше конца XIII века). Соотношение между стоимостью серебра и золота составляло восемь к одному.

Наконец, при взвешивании зерна применялся sáid, равнявшийся шести moelar, однако определить их величину в современных единицах не представляется возможным. В целом же доступная нам информация о величинах мер неточна, и значения их сильно колеблются; очевидно, некоторое единообразие наметилось в этой области лишь после укрепления позиций Церкви.

Исландцы

IVВремя

Здесь также важно не проецировать на средневекового исландца опыт, почерпнутый из нашего собственного прошлого. Если его повседневная жизнь кажется нам несколько странной, принимая во внимание древние традиции, не соответствующие привычным среднему европейцу, то его восприятие морали и религии, при всем их отличии, все-таки допускает удовлетворительное разъяснение. Более того, нас поражают удивительные достижения исландцев в области литературы, а также изобразительного искусства. Достаточно сказать, что культура Исландии, недаром именуемая «исландским чудом», может гордиться тем, что она даровала Западу прекраснейшие цветы: обе «Эдцы», поэзию скальдов и саги.

Краткое отступление: о достоверности источников