Средневековая Русь и Константинополь. Дипломатические отношения в конце XIV – середине ХV в.

Распространенное мнение, что именно Петр перенес резиденцию митрополитов «всея Руси» в Москву, ошибочно. «Мощи Петра как бы освятили будущую церковную столицу Руси, став стимулом для Москвы в ее настойчивых претензиях на роль нового государственно-политического центра русской державы»[4].

Этот важный исторический шаг был поддержан новым митрополитом — греком Феогностом (1328–1353), который разделял политику Ивана Калиты, направленную на укрепление политического положения Руси и Русской церкви в условиях только еще начинавшегося процесса объединения княжеств, хотя противостояние между Москвой и Тверью в борьбе за главенство среди русских княжеств еще не было завершено.

Возвратившись из Орды в 1333 г., Феогност избрал своим постоянным местопребыванием в Северо-Восточной Руси не Владимир, а Москву, которая уже с середины XIV столетия крепко удерживала лидерство в своих руках, в том числе и инициативу общения с Константинополем.

Документальной основой работы стали как архивные, так и опубликованные материалы: летописи; актовые материалы; послания митрополитов и великих князей патриарху Константинопольскому; послания митрополитов русским князьям и великим князьям Литовским; окружные послания митрополичьим наместникам; духовные и договорные грамоты великих и удельных князей; записки русских путешественников XIV–XV вв. — так называемые хождения; произведения агиографической литературы (жития святых) и литературные памятники (повести и т. п.).

Важнейшие из них хранятся в Российском государственном архиве древних актов (РГДДА). Использовались материалы нескольких архивных фондов (ф. 179 — «Комиссия печатания государственных грамот и договоров»; ф. 180 — «Канцелярия МГАМИД»; ф. 196 — «Собрание Ф. Ф. Мазурина»; ф. 199 — «Портфели Миллера»), где содержится богатый фактический материал о политической истории княжеств Северо-Восточной Руси[5].

Из источников, хранящихся в отделе рукописей Российской государственной библиотеки (РГБ), оказались востребованы «Исидоров Собор и хожение его» («Повесть Симеона Суздальца о восьмом Соборе»), а из фондов научного архива Института российской истории РАН — фонд № 4 В. О. Ключевского, в составе которого имеется рукопись знаменитого труда историка «Древнерусские жития святых как исторический источник» и другие аутентичные материалы, важные для изучения эпохи Сергия Радонежского и политики великих князей Московских в отношении церкви[6]

.

Из рукописей Российской национальной библиотеки (СПб.) использованы следующие: «Послание великого князя Московского Василия II Васильевича Константинопольскому патриарху»; «Послание великого князя Василия II Васильевича на Святую гору»; «Послание от Святая горы на Русь благоверному князю Василию Василевичю по Сидоре еретике князю Василию II Васильевичу»; «Послание патриарха Григория III Маммы, патриарха Константинопольского князю Александру (Олелько) Владимировичу»[7],

Источниковой базой по истории Тверского и Нижегородского княжеств послужили летописи. Наибольшее значение для изучения событий церковно-политической истории конца XIV — середины XV в. Твери имеют Московский летописный свод конца XV в.; Рогожский летописец; Львовская летопись; Ермолинская летопись; Симеоновская летопись; Софийские летописи; Тверская летопись; а также Никоновская летопись; Воскресенская летопись; Супрасльская летопись[8]

.

Летописные записи по истории Рязанского княжества, которое располагалось на юго-востоке Руси и играло заметную роль в политических событиях конца XIV — середины XV столетия, также были привлечены в ходе исследования. Они дошли до нас преимущественно в списках XV–XVI вв. Использованы материалы Симеоновской, Новгородской I и IV, Софийской первой летописи и Рогожского летописца в силу их наибольшей достоверности и приближенности к интересующим нас событиям[9].

Для изучения церковно-политической истории конца XIV — середины XV в. Нижнего Новгорода привлечены известия Симеоновской летописи; Рогожского летописца; Ермолинской летописи и Московского летописного свода конца XV в.[10]

В ряду опубликованных источников, важных с точки зрения проблематики исследования, оказались востребованы такие академические издания, как «Памятники древнерусского канонического права // Русская историческая библиотека» (РИБ. 1880; 1908. Т. VI); «Русский феодальный архив XIV — первой трети XVI вв.»; «Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI веков»; «Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV — начала XVI веков»; «Акты служилых землевладельцев XV–XVII вв. Сборник документов в 4-х т.» и другие[11].