Средневековая Русь и Константинополь. Дипломатические отношения в конце XIV – середине ХV в.

Так Русская церковь стала самостоятельной. Подписание митрополитом Исидором унии привело Русскую церковь к независимости не только от Рима, но и от Константинопольского патриархата. С 1461 г. митрополиты, имеющие кафедру в Москве, стали титуловаться как «Московские и всея Руси»[268]. В преддверии своей кончины митрополит Иона обсудил кандидатуру преемника с великим князем, епископами и составил духовную грамоту — завещание[269], согласно которой им стал архиепископ Ростовский и Ярославский Феодосий. Он стал первым русским митрополитом, которого московский великий князь утвердил в сане единолично, заменив в этой роли византийских императоров.

В грамоте Иона еще раз напоминал, что его поставление на митрополию состоялось «за нужу бывшаго ради церковнаго мятежа в Цариграде, в царех и в патриаршестве…». 31 марта 1461 г. Иона скончался и был погребен в Успенском соборе Московского Кремля[270]. Это событие почти совпало по времени и с уходом из жизни Василия II Темного 27 марта 1462 г.

Раздел IVКняжества Северо-Восточной Руси и Константинополь: культурные связи

Время с середины XIV до середины XV в. специалисты справедливо считают эпохой расцвета христианской православной культуры на Руси — так называемым Русским Возрождением. Русь испытала тогда благотворное влияние византийского исихазма — православного мистико-аскетического учения о пути человека к единению с Богом. В новую фазу вступили и русско-византийские церковные отношения. Русь — когда-то далекая окраина византийского мира — и Византия — ее церковно-религиозная митрополия, а также Константинопольский патриархат — выразитель основных внешнеполитических и дипломатических устремлений империи — как бы поменялись местами. Византия под ударами турок-османов ослабела, авторитет патриарха в православном мире, особенно после подписания унии с Римом, уже не всеми воспринимался так однозначно, как прежде, а Русь и Русская церковь благодаря дальновидной политике великих московских князей, направленной на собирание земель вокруг Москвы, напротив, окрепла, добилась больших успехов в своем стремлении быть независимой, а с середины XV в. стала автокефальной (до этого ее глава — митрополит назначался константинопольским патриархом), а после захвата Константинополя войсками турецкого султана Мехмеда II Завоевателя 29 мая 1453 г. Московская Русь оказалась почти единственным независимым православным государством и покровителем всех православных христиан, так как Болгария и Сербия еще раньше попали под власть турок. «Почти» — поскольку продолжали сохранять самостоятельность теснимые мусульманами Грузия и дунайские княжества Молдова и Валахия. Таким образом, Русь явилась не только преемницей Византии, но и хранительницей духовных православных ценностей. При этом региональная культура других центров Северо-Восточной Руси — Твери, Нижнего Новгорода, Ростова Великого — в своих контактах с Константинополем хотя во многом и отразила этапы политического и духовного противоборства с Москвой и великими князьями Московскими, но сохранила свою идентичность и региональное самосознание.